Книга Раскол, страница 48 – Аня Леонтьева

Погода была чудесная.

Тепло.

Везде уже основательно лёг снег, воздух свеж и прохладен.

Да если бы он не позвал меня, я бы сама пригласила его на чай, там ещё кексы с ярмарки остались. Но Кир был первым, и я согласилась, тогда ещё не зная, какой сюрприз меня ожидает.

— Я думала, они не работаю зимой, - сказала я, избегая смотреть вниз, и съёжившись, как воробушек на жёрдочке.

Кабинка медленно ползла вверх.

— Если тепло, работают, - Кир прижал меня сильнее, так, что мой холодный нос вжался в изгиб его шеи.

Я тут же хапнула его горький парфюм смешанный с запахом его кожи. И до того родной была эта смесь, что захотелось словно какой-то самке потереться об своего самца.

И, по-моему, он на это рассчитал, потому что забыть про мою боязнь высоты он не мог. И у меня нет сомнений, что это его коварный план. Но чего уж таить, мне было очень приятно. Особенно если не думать о прошлом, не вспоминать наши ошибки, а просто наслаждаться приятным вечером с любимым человеком. Конечно, впереди разговоры, возможно споры и новые обиды, но сейчас в этом моменте, я счастлива.

— Сейчас будет самая высокая точка, не хочешь посмотреть? – голос Кира вибрирует в груди, к которой я уже окончательно прижалась, обняв его за талию.

— Нет, - верчу головой, по большей степени не желая выбираться из теплых объятий.

— Ну же красивая, это впечатляет, посмотри, - Кир поднимает моё лицо за подбородок и смотрит прямо в глаза. И как бы я не хотела продлить этот беззаботный миг, в его взгляде есть отражение всех моих страхов. Этот надлом, который я заметила уже давно, он никуда не делся. Что-то такое таится в его глазах, отчего мне хочется пообещать ему всё исправить, всё забыть, простить, лишь бы стереть эту боль.

— Кир…

— Ш-ш-ш, - он прижимает палец к моим губам, прекрасно читая меня, так же как и я его. – Не надо сейчас, - и накрывает мои губы своими.

Я улетаю сразу же.

Во всём мире сейчас существуют только эти тёплые губы на моих губах.

Шершавые, горячие ладони на моих щеках, и его вкус, родной и неповторимый.

И мне уже совсем неважно, что мы на высоте нескольких десятков метров над землёй, и что отсюда открывается чудесный вид.

Всё неважно, кроме этого поцелуя, этой близости.

Я так мечтала об этом, так этого хотела, что наслаждаюсь каждой секундой нашего союза. И когда Кир хочет отстраниться, я жалобно стону, потому что мне мало, я хочу восполнить каждый миг, проведённый порознь.

И тогда мы целуемся бесконечно долго.

Не знаю, сколько оборотов сделало колесо, но когда мы всё-таки остановились, на улице уже изрядно стемнело, а люди, стоящие в очереди, и тоже желающие прокатиться, глазели на нас с интересом.

Потом мы гуляли по заснеженному парку, мимо красочных гирлянд, и недостроенного ледового городка.

Мимо носящихся и гомонящих детей.

Мимо таких же парочек, как и мы.

Шли и молчали. Каждый думал о своём.

Я понимала, что нужно поговорить, прежде чем закрутиться всё заново.

Но с чего начать?

Да и, честно говоря, начинать не хотелось.

Хороший тихий вечер. На душе спокойно, как никогда. И даже молчать вместе, мне нравится больше, чем кричать поодиночке.

Но как только в голову приходит эта мысль, она начинает тревожить меня.

— Кир, нам нужно поговорить, - сдаюсь я под натиском своих размышлений о том, что если мы не поговорим, то обязательно повторим все ошибки заново.