Книга Ледокол, страница 123 – Аня Леонтьева

Мы вдруг остались одни. Стояли под колонами. Я смущенно посмотрела на Кира.

— Ты, правда, поверил, что я не приеду?

— Было такое подозрение, — хмыкает Кир, — особенно, когда телефон вырубила.

— Кир, ну куда я от тебя денусь? — всплеснула руками, и тонкий подол платья метнулся, словно дымка, потёк по воздуху.

— Красивая, зная твой характер, куда угодно, — он проводит пальцем по контуру моих губ, — ты охуенно красивая! Пиздец, просто глаз не могу отвести! — вдруг признается он.

— Спасибо, — улыбаюсь я, — а нам обязательно оставаться, может ну эту свадьбу! Нас же уже расписали!

— Не дразни меня! — рычит он, склоняясь ниже, и согревает своим дыханием мои губы. — Выкраду, не успеешь и глазом моргнуть! — и только собирается поцеловать меня, как за спиной раздаётся громкий голос.

— Ямал, харе, у вас теперь вся жизнь впереди, пошли нужно выпить! — вопит Паша, прижимая к себе улыбающуюся Иришку.

Кир вздыхает и быстро чмокает меня в губы, обнимает за талию.

— Веди, бармен, будем пить! — усмехается он, а сам ко мне склоняется.

— А ты зашла бы погрелась, руки ледяные, — говорит он, когда мы идём к шатру.

— Не хочу без тебя, — мотаю головой, на что он криво улыбается.

Но в шатре, слишком много желающих с нами выпить. Если учесть, что я не пью, так яблочный сок в фужере, то пьёт в основном Кир, и я опасаюсь, что муж мой ляжет раньше времени. Но Кир, после пятого тоста, благоразумно, теперь только чокается, не пьёт, видимо тоже понимает, что с такими темпами долго не продержится.

А тосты и поздравления сыпаться со всех сторон. Особенно стараются друзья с его стороны.

— Помню, как увидел Юлию впервые, — старается Паша, и получает предупреждающий взгляд от Кира. — Да ладно Кир, не смотри так, но я реально думал, что ту ночь она не переживёт, так она тебе мозг ела, — смеётся этот нахал.

Иришка его тут же бьёт по плечу. Мужчины рядом смеются, и как ни странно я тоже, вспоминая тот вечер, когда испытывала его терпение, а утром всё же нарвалась.

— Помню, как увидела тебя впервые, — не осталась я в долгу, — болтает и болтает, думаю, ну когда успевает машину-то вести!

Мужчины опять смеются, зная, какой Паша разговорчивый балагур.

Он тоже смеётся, а я ему показываю язык.

Вскоре нас всех приглашают пройти в зал. Начался банкет.

Мы с Киром сидим за главным столом. Гости рассредоточились за столами рядом. Андрейка сидит с нашими родителями, нетерпеливо заглядывает на стол, где стоит наш свадебный торт. Я ловлю его взгляд и подмигиваю. Он улыбается мне.

— Чего переглядываетесь? — замечает Кир.

— Да у Андрея слюнки уже текут, при виде торта, — отвечаю я.

Рука Кира ложиться мне на коленку, и слегка сжимает.

— У меня тоже бегут слюнки, — Кир как всегда в своём репертуаре.

— От торта? — выгибаю я бровь, делаю вид, что не понимаю его намёков.

— Конечно от торта, — кивает он, — охуенный такой торт. Я бы его в одного бы сожрал, никому бы не кусочка не дал, сперва бы слизал бы весь крем, а потом бы и до начинки добрался. До горячей, влажной, узкой, начинки, прямо языком бы туда нырнул, — всё это он говорит мне приглушённым рыком, пуская мурашек по моей шее, своим горячи дыханием, и зажигая на моих щеках румянец.

— Кир… — пытаюсь его остановить, потому что возбуждаюсь от этих пошлостей.