Книга Ледокол, страница 14 – Аня Леонтьева

— Ямал, прошу… — сиплю я, упираюсь ладошками в его плечи.

Но он только по-хозяйски проходиться второй рукой вдоль моей спины, и сжимает ягодицу, сквозь джинсы, прижимает к уже отчётливо чувствующемуся твёрдому члену.

Он, безэмоционально, словно я, и не говорила ничего, смотрит на меня, потом склоняется и кусает за нижнюю губу, на себя тянет. Больно, сразу чувствую металлический привкус, во рту. Открылась незажившая трещинка. Он втягивает в себя нежную плоть, и накрывает своим ртом полностью, поглощая мои стоны. Язык тут же врывается в мой рот, водит по нёбу, и дёснам, трётся о мой. Его вкус наполняет меня. Свежесть ментола, и табак, растворяются на моём языке. Он продолжает мучить мой рот, вытягивая из нижней губы кровь. А я замираю и неотрывно смотрю в его глаза. Он тоже пристально наблюдает за мной, рука его так и лежит на моей шее, фиксируя наклон головы. Я всё также упираюсь в его широкие плечи, и даже давлю, в попытке отстраниться, да только вот, с каждым его движением понимаю, что это бесполезно. Бесполезно, все, что я бы не предприняла. Он наглядно демонстрирует мне свою силу. Свою власть надо мной.

Вторая рука так и мнёт мою ягодицу, и я каждый раз натыкаюсь на его твердое, огромное тело. Он же в силах мне просто шею свернуть. Он же может сделать все, что ему вздумается. Что я могу против него? Ничего.

Он отстраняется. Я тут же поджимаю губы. Они болят. Потому что это не поцелуй, а экзекуция надо ртом.

Смотрю в упор. Пытаюсь читать. Предугадать его настроение. Может, сумею среагировать. Но всё оказывается довольно прозаично и просто. Он закидывает меня на плечо и тащит в спальню.

— Нет, подожди! — только и успеваю крикнуть, когда он кидает меня на кровать. Быстро скидывает свои джинсы, вместе с бельём. Я смотрю на его стоящий член, и начинаю отползать.

— Ямал, подожди!

— Чего? — рык, сквозь зубы. Он раскатывает по каменой плоти, одним движением презерватив.

— Я не могу, — выдаю эту глупую фразу.

Что я ещё могу сказать? Как объяснить, что всё моё существо восстает против него. Что он незнакомец. Чужой. Что он не должен так меня касаться, и видеть меня такой, тоже не должен!

— Я могу, — следует ответ.

Он одним рывком хватает мои лодыжки, и подтягивает меня к себе. Скидывает кроссовки, ловко справляется с пуговицей и молнией на джинсах, и одним рывком стаскивает их вместе со стрингами.

Всё, я совершенно голая перед ним. Тут же наваливается, разведя широко мои ноги, и устраивается удобнее. Я больше ничего не успеваю пикнуть, когда чувствую вторжение.

Резко.

Больно.

Я жмурюсь. С губ срывается жалобный всхлип. Я инстинктивно упираюсь в его плечи, в попытке оттолкнуть. У меня давно никого не было, и размер у моего мучителя, значительно больше Юриного. И деликатности ноль. То, что я не совсем готова, никого не волнует.

Он замирает. По телу его проноситься дрожь. Он утыкается носом в изгиб моей шеи, и втягивает мой аромат. Так вероломно, тянет его, так же, как и распоряжается всем моим телом.

— Блядь! — хрипит низкий голос. — Какая ты узкая!

Спасибо, за информацию! Я это уже почувствовала! И то какая я узкая, и какой этот громила, огромный. Ощущение, что его член сейчас меня расколет надвое.

Я снова упираюсь в его плечи, но он тут же, закидывает мои руки мне за голову, и прижимает своей. Другой рукой скользит по нежной коже. Шершавая ладонь накрывает грудь, сжимает.