Книга Неженка, страница 14 – Аня Леонтьева

— Мне всё нравится, — тихо выдаю я, опять краснею, хотя, казалось бы, чего уж краснеть, стоять перед мужчиной, ласкать себя, но вот когда произносишь это вслух…

— Мы ещё и половины не попробовали, — усмехается он, — ну хорошо, тогда я буду сзади. Помнишь как ночью, когда ты извивалась, и стонала подо мной, а я вдалбливал в тебя свой член. Какая же ты узкая, Неженка, горячая, влажная. Я смотрел на твою великолепную задницу, и чуть ли не кончал от этого вида! Слышал как, ты стонешь, зовёшь меня по имени, дрожишь, от накатывающего удовольствия.

Я застонала и прикрыла глаза, продолжая натирать грудь. Его низкий голос проникал, казалось мне в душу. Я вспоминала все, о чём он говорил, и видела себя словно его глазами, и это было так эротично, и возбуждающе.

Неожиданно, я ощутила его горячие губы на своих плечах. Потом они скользнули ниже, к груди, которую я сжимала. Я замерла, наслаждаясь его прикосновениями. Он обхватил руками мою талию, и неожиданно встал передо мной на колени. Закинул мою ногу к себе на плечо.

— Продолжай, — хрипит он, и зарывается лицом мне между ног. И я чувствую как его язык, скользит по моим складочкам, пальцы раздвигают их, и губы сходятся на горошинке клитора.

Я вздрагиваю так, что если бы он меня не держал, я бы упала.

Это так волнующе, интимно, порочно, и вызывающе. Никто, никогда меня там не ласкал.

Никто никогда, не был со мной таким откровенным.

Я дрожу, и задыхаюсь, мне кажется, что я не выдержу этой сладкой пытки. Мне кажется, что ещё мгновение, и я растворюсь на его языке, и на его губах, в его сильных руках. Он просто убьёт меня этими откровенными ласкам. Я вся сосредотачиваюсь на этих ощущениях. Смотрю вниз, и вижу его всклокоченные мокрую голову, чувствую горячий влажный язык, который погружается глубоко в меня, и схожу с ума, от вожделения и похоти. Пальцы сами собой зарываются в его волосах. Я выгибаюсь ему навстречу, вибрируя бёдрами. Мои стоны заполняют всю ванную.

— Какая же ты сладкая, Неженка, — отрываясь, говорит он, пронзительно глядя на меня снизу вверх. — Горячая, влажная, тесная, узкая, Неженка.

Говоря это, он погружает в меня палец, и наблюдает, как я закатываю глаза, и словно в бреду, откидываю голову, мечусь по кафельной стенке.

— Сожми соски, — командует Матвей, и я не осмеливаюсь ослушаться, делаю, как он говорит, пока его пальцы ритмично ныряют в меня. Обхватываю свою грудь, и сжимаю твёрдые горошинки, и кричу, от затопившего меня удовольствия.

Меня накрывает такой яркий оргазм, что мне кажется, что на белом потолке ванны, засверкали звёзды.

Слёзы хлынули из глаз, от перевозбуждения. Моё тело превратилось в чувствительный нерв. Я словно одна сплошная эрогенная зона. И когда Матвей обнимает меня, поглаживая по спине, я зарываюсь в его груди, и плачу.

— Охренеть ты кончаешь, Неженка, — бормочет он, — впервые встречаю такую чувствительную бабу, — его слова доносятся до меня словно через вату.

Также вяло ощущаю, как он подхватывает меня под ягодицы, и упирает в стенку, насаживает на член. Довольно рычит, когда я прижимаюсь ближе, обхватываю его плечи.

— Давай, Неженка, ещё раз, — шепчет он, наваливаясь на меня, ритмично двигаясь.

Я чувствую наполненность, как он растягивает меня. Достаёт до самого верха, вбивая в меня свой член. Снова скребу его спину, по старым незажившим царапинам, и мечусь от накатывающего удовольствия, смешанного с болью.