Книга Неженка, страница 80 – Аня Леонтьева

Тогда Люба наотрез отказалась, от всякого пышного празднества. Да и шестой месяц беременности, не до плясок. Тихо расписались, позвали её отца, да его маму в ресторан. И вот так тихо и спокойно, Неженка стала Холодовой. Стала его. В тот день он был счастлив, как никогда. Просто сидел и смотрел на неё. На округлившуюся фигурку. Мягкую, плавную, нежную. Смотрел. Впитывал этот момент, и не мог понять, за что ему в жизни так повезло. Что он такого совершил, что она досталась ему, да ещё и простила все его косяки. Приняла его сумасбродный характер.

А сейчас он ходил взад и вперед. Шел уже пятый час. И все говорили, что это вполне нормально для первых родов. Но это не помогало успокоиться. Егор даже предложил выпить, но Матвей, намеривался подняться в палату, и отказался.

А ещё через два часа вышла, наконец, медсестра.

— Поздравляю, вас! У вас сын! Три пятьсот, пятьдесят четыре сантиметра!

И Матвей от счастья так сжал бедную женщину, что она заверещала, а он отпустил её и расцеловал её в щёки. Потом расцеловал всех. Гор уже откупорил шампанское, опрокидывая его прямо из горла.

Поднялись в тихий коридор. Его провели в палату.

Люба тихо лежала на кровати. Не понятно толи спала, толи прикрыла от усталости глаза. Матвей не стал её беспокоить. Рядом в кювете, лежал сопящий комочек. Матвей склонился над ним. Маленькое красное личико. Носик кнопкой, тоненькие губки. Весь сморщенный. И… сука, такой красивый. Реально, красивее его он не видел никого.

— Привет, бандит! — шепнул он. — Я так тебя ждал!

Малыш только причмокнул.

— Матвей, — послышался Любин голос.

Он повернулся к ней, и, наклонившись, поцеловал в губы.

— По-моему ты прекрасно справилась, Неженка, — прошептал он, гладя её лицо, рассматривая усталые черты.

— Я орала, как сумасшедшая, — призналась она, — это очень больно!

— Ты мой боец, — он ласково заправил прядь волос за ухо, — самая смелая и сильная!

— Спасибо, — она смущенно улыбнулась, и, поймав его руку, поцеловала пальцы.

— Там внизу, собрались все! Празднуют! — улыбнулся Матвей.

— Передай им всем привет, — она тоже улыбнулась.

— Я пойду, а ты отдыхай, — Матвей бережно подтянул её одеяло.

— Подожди, — Люба поймала его руку, — назови сына.

Они так и не выбрали имя. Просто не сошлись на чём-то одном, и замяли эту тему. Любе нравилось имя Дмитрий, Матвей настаивал на Александре. И вот сейчас она как всегда уступает ему.

— Дмитрий, — решается Матвей, — Дмитрий Матвеевич Холодов, но за это ты родишь мне ещё дочку!

— Тиран, — улыбается Люба, и протягивает к нему руки. Он склоняется и целует подставленные губы.

— Я люблю, тебя Неженка!

* * *

Я, наверное, в сотый раз, посмотрела на телефон, но он безмолвствовал. Матвей тихо зарычал, но смолчал.

Я беспокоилась.

Я переживала. Никогда ещё, за три года я не оставляла сына так надолго. И пусть там целая армия нянек, папа, мама Матвея, и даже сиделка Галя, я всё равно переживала, и находила себе места.

Тем более в Новый год!

Мы вышли из такси, Матвей подхватил чемоданы, расплатился с таксистом.

Народу была так много, словно все решили мигрировать из страны, на праздники.

Пока проходили контроль и таможню, я немного отвлеклась, но как только замерли в зале ожидания, тревога и тоска снова поглотили меня.

— Люба, прекращай! — бурчит Матвей, видя, как я напряжена. — Он уже взрослый, и вполне может побыть без родителей пару дней, тем более что там кого только нет, чтобы за ним присмотреть.