Книга Бывшие, страница 11 – Аня Леонтьева

Долго обнимал меня, когда я с утра явилась к родительнице, и всё выспрашивал у меня про женихов. Сам-то в свои сорок три так и не был женат, всё говорил, что не встретил ту самую. Надо же! Мой брат, такой скупой на эмоции, и ждал одну единственную. Хотя, может это, оправдание он придумал для нас с мамой, мы-то верили и понимали.

Вот и я на его расспросы, отвечала, тем же самым, мол нет того самого.

— Чем тебе Степка не угодил? — вдруг вспомнил он, когда мы сидели за столом.

Я прямо вздрогнула, и уставилась на него.

— С чего это ты про него вспомнил, Паш? — излишне резко отозвалась я.

— Хороший же мужик был, мне нравился, — хмыкнул он.

— Да Степан, мне тоже нравился, хотя всё поспешно у вас, было, — подхватила эстафету мама.

Это что, такая насмешка судьбы надо мной. Шесть лет никто не вспоминал о Стефе, но как только он снова появился в моей жизни, мои родные решили, что неплохо бы о нём поговорить.

— Давайте оставим эту тему, — нахмурилась я.

— Да ладно Розочка, — мама потрепала меня по плечу, — не закипай!

Вообще официальной версией нашего расставания, было то, что мы разошлись по обоюдному желанию. Я так всем говорила. Не знаю, что своим родным говорил Стёпа, возможно правду. Что я изменила ему. После того злополучного вечера, мы увиделись, совсем недавно, только шесть лет спустя. Он не разговаривал со мной, не встречался, не отвечал на телефонные звонки. Чуть позже от родителей Степана, я узнала, что он уехал в столицу. Тогда я ещё надеялась на что-то. Объясниться. Покаяться.

Мама с братом сменили тему, и почти час мы слушали про прекрасный климат в Эссене, потом вдруг Паша, наклонился ко мне, и предложил.

— А хочешь, я тебя к себе заберу!

— Куда в Германию? — опешила я.

— Ну а что! И маму перевезём туда. Устрою к себе, образование у тебя есть, начнешь, правда, с малого, но перспективы-то какие. И ближе будем друг к другу!

Мама аж ладони к щекам поднесла, так разволновалась.

— Пашенька, да как-то поздновато мне уже Родину менять, а Розочку забирай! Да и Витя здесь похоронен.

Мы замолчали, вспоминая отца, его не стало два года назад.

— Ой, мам, не начинай, — фыркнула я, пытаясь отогнать мрачные мысли, а с ними и слёзы, наворачивающиеся на глаза, — ты у нас ещё совсем молодая, и красотка!

Мама только грустно улыбнулась. А ведь она и вправду была ещё совсем молодой, и красивой. Пашку она родила в семнадцать, вот такая любовь у неё случилась с отцом, пошли наперекор всему, и родителям и обществу, поженились и жили в общаге. Это потом папа стал зарабатывать и постепенно они перебрались в просторную квартиру, обзаведясь всеми атрибутами успешной жизни. А потом случилась я. Так вот маме было шестьдесят, и она для них совершенно бесподобно выглядела. Пышная, миловидная, зрелая женщина. А если учесть, что она до сих пор следила за собой, то ещё и стильная.

— Я, конечно, подумаю Паш, но мне и здесь неплохо, — а про себя подумала, что в принципе ничего не теряю, потому что скоро вообще окажусь без работы.

— Подумай, Роза. Единственное, стаж на одном месте должен быть не менее пяти лет, и рекомендательные письма от твоих боссов, ну я думаю это не проблема.

— Ну, пяти лет у меня ещё нет. Только весной будет, — хмыкнула я, а про рекомендательные письма я вообще молчу. Хотя Стёпа обещал не вставлять мне палки в колёса.