Книга Никак иначе, страница 144 – Аня Леонтьева

Такой несдержанный горячий, порой похож на ураган, может разметать всё вокруг, не посмотрит, что летит всё, крушится в щепу. А может быть вот таким как сейчас, сдерживающим свой крутой нрав, укрощать себя, стараться быть нежным, заботливым.

Я уже давно не жду от него каких либо признаний, по моему он достаточно доказал, мне, что я не просто для него проходящая девка. И поэтому, я не слушаю слова, я вижу его поступки. Возможно, когда он будет готов, захочет сказать это сам.

— Бля, десять пропущенных, — Кирилл, наконец, выпростал телефон из одежды. — Макс из охраны… — растерянно проговорил он, и я тут же вынырнула из своих сахарных мечтаний, понимая, что просто так охрана звонить не будет.

После резкого приветствия Кирилла, в трубке, послышался взволнованный мужской голос, и Кир нехорошо так замер, обернулся ко мне, и взгляд его совсем не жёг, он замораживал.

— Сейчас приедем, — сказал он, эти два слова, и мне стало совсем не по себе.

— Что случилось? — я соскочила с кровати.

— Только не гарцуй, ничего смертельного, — Кирилл присел рядом на кровать, и даже погладил мою лодыжку, — Ромка орёт на весь дом, тебя потерял, Андрей не может его успокоить, мужики из охраны переполошились.

Эти слова словно отрезвили меня. Схлынула одним махом вся эта расслабленность, и тело словно одеревенело. Словно и не было в нём этой чудесной сладкой неги. Не было невыносимого напряжения, сменившимся яркой вспышкой и ленивой истомой. Весь вечер мне показался какой-то чередой ошибок, потому что вот вёл к этому итогу.

Как ради банального траха можно было бросить ребёнка, ведь я чувствовала, что что-то пойдёт не так. Как я могла бросить его. Ведь он так плохо засыпает и порой видит плохие сны. Как я могла так поступить с тем, кто мне безоговорочно доверяет. Как?

Вся эта карусель вертелась у меня в голове, пока я на автомате одевалась, и шал на выход за мрачным Кириллом, который правильно оценил моё настроение, становился всё более хмурым.

Но мне сейчас было не до него. Меня просто несло домой, к моему маленькому сыну, который потерял меня.

Пришлось ждать машину, потому что Сергея мы отпустили до утра, и эти несколько минут ожидания показались мне самыми долгими. Я готова была пешком идти, так меня разрывало.

Кир стоял на улице, курил, а я попыталась набрать Андрея, но он не брал, видимо ему сейчас до телефона.

Я куталась в шубу, прятала застывшие ладони в рукавах, хотя в светлом лобби гостиницы было тепло, а меня бил озноб.

Я сейчас ощущала себя самой распущенной и порочной, и мысленно простила прощения у Ромки, и обещала, что никогда его не оставлю.

Наконец подъехала машина.

Кирилл даже не сел рядом, и я, кутаясь в шубу, осталась одна на заднем сидении, глядя на спящий город невидящим взглядом. Он короткими фразами обменивался с водителем, кем-то из нашей охраны. Я его узнала, но не могла вспомнить имя.

Они что-то говорили, но я не вслушивалась, постоянно теребя телефон, и пытаясь дозвониться до Андрея.

Как только машина въехала во двор, я, не дожидаясь, выскочила из неё и понеслась по скользкой дорожке к дому, еле удерживаясь на каблуках.

— Осторожно, блядь! — взревел Кирилл, чудом поймав меня, когда ноги в туфлях поехали в разные стороны.

— Давай на хер убейся ещё, — продолжил он и твердой рукой, прихватил меня под локоть, повёл к дому.