Книга Никак иначе, страница 177 – Аня Леонтьева

— Тогда зачем, просишь, чтобы раскаивалась в этом?

— Потому что мне нравиться тебя наказывать, — Кир вдруг резко оттолкнулся от дивана, встал и потянул меня к себе.

— Пойдём нам нужно поменять дислокацию, — проговорил он, подхватывая меня на руки, — я хочу, чтобы ты полностью отпустила себя, и не боялась никого разбудить.

Я только смущённо улыбнулась. Кирилл пронёс меня мимо лестницы и кухни, спустился вниз к спортзалу. Занёс туда, и поставил на пол. Через мгновение загорелась подсветка у зеркал, немного разогнав сумрак. Здесь было прохладно, и пахло резиной, и железом. В зеркалах отражались тренажёры, и пустующий ринг. Я нечасто сюда наведывалась, в основном, побегать на дорожке, или сделать комплекс пилатеса.

Кирилл подошел сзади, положив руки на мои плечи, стягивая вниз халат и пижаму, обнажая меня полностью. Я прижалась к его груди спиной, откидывая голову на его плечо, и заводя руки за голову, обнимая, пока он жадно исследовал моё тело. А я всё это наблюдала в ближайшем зеркале. Рассматривала извивающуюся себя, с прикрытыми глазами, и закушенной губой. И его руки, беспрестанно путешествующие по моей светлой коже. Тёмные все в рисунках, сжимающие то мою грудь, то ныряющие между моих ног. Я словно искусная танцовщица выгибалась навстречу всем его ласкам. Позволяла сжимать себя, целовать и кусать, тереться, тянуть за волосы. И стонала, в такт его сбитому и шумному дыханию.

Кирилл поспешно стягивал свою одежду, между поцелуями и прикосновениями, и я с упоением, тёрлась об твердое тело, о горячую кожу, и млела ещё больше. Дрожала всем телом, снова разглядывая нас двоих в отражении в зеркале. Это картинка затягивала и возбуждала. Подстёгивала желание. Разжигала пожар. Огонь несся по венам, опаляя всё тело, заставляя выгибаться навстречу несдержанным прикосновениям, и срываться стоном со сбившимся дыханием с губ.

Я ловила алчный взгляд Кирилла, который он бросал из под бровей, когда в очередной раз, заставлял меня дрожать от вожделения, сводя с ума своими прикосновениями. Одна рука его терзала мою и без того чувствительную грудь, переходя от одного полушария к другому. Другая поглаживала низ живота, и ныряла между ног, и длинные пальцы ненадолго проникали в меня, собирали влагу, чтобы потом размазать её по складочкам и клитору. Я приседала и виляла задом, чтобы удержать его пальцы подольше. Тёрлась о твёрдый член, что упирался мне в поясницу, и стонала от нетерпения. Между ног назревала такая пустота. Хотелось заполнить её, заглушить это желание, но у Кирилла как всегда, были свои планы на моё тело, да и душу себе он тоже уже присвоил.

Не могу представить кого-то другого на его месте. Умру только от одного прикосновения другого мужчины. Точно знаю. Не смогу без него. Не смогу.

И среди всей этой какофонии обрывочных мыслей, и ярких чувств, я вдруг вычленяю для себя, самое отрезвляющее. Страх. Страх потерять его. Он всё больше разрастался во мне, убивая всю эйфорию, охлаждая пыл.

Что я буду делать? Как буду жить, если не станет Кирилла.

Кир замечет, что я напрягаюсь, бросает взгляд на наше отражение в зеркале, считывает изменения в поведении, и тоже замедляется. Мы мгновение смотрим, друг на друга, а потом он разворачивает меня к себе, и прижимает к твердой груди. Понимает на каком-то инстинктивном уровне, что сейчас мне нужно, именно почувствовать покой и защищённость, уверенность, что дарят его сильные руки.