Книга Никак иначе, страница 30 – Аня Леонтьева

Я ещё немного пошаталась по городу, совершенно не представляя кем меня, могут взять в такое агентство, но мне, почему-то, представлялся офис с открытым пространством, без дресс-кода, и обязательно с мозговыми штурмами.

Я добралась до дома, вся в этих мыслях, совершенно, забыв, что собиралась переночевать в гостинице. Я вообще ни на что не обращала внимание, а зря.

Возле подъезда, почти полностью преграждая путь, стоял спортивный темный автомобиль, но даже он меня не насторожил, я просто вяло, и про себя отметила, что очень он уж крутой, и у нас таких жильцов не помню. Прошла мимо, направляясь к двери, когда та сама открылась мне на встречу. Просто распахнулась, и шмякнулась о стену, с такой силой, что я вздрогнула, а потом вздрогнула ещё раз, потому что, мне навстречу шел Кирилл.

Он размашисто вышагивал, и даже когда увидел меня, хмурое выражение лица не поменялось. Серые глаза только острее впились в моё лицо, а полные губы, в обрамлении темной щетины, слегка дрогнули. Он снова был в своём неряшливом стиле: чёрная футболка, с черепом на груди, синие потертые джинсы. Высокие ботинки, и джинсовая куртка. Словно, когда-то ему приходилось постоянно носить какую-то униформу, и теперь он отрывался по полной, надевая простые и свободные вещи. Сказать, что я испугалась ничего не сказать. Особенно когда эта скала патлатая нависла надо мной. Сколько там этих денег было, что я швырнула в окно. Вот сейчас он с меня спросит за каждый рубль.

— Чё шифруешься, зеленоглазая? — прорычал он, склоняясь ниже, и обдавая своим горьким ароматом. — С работы уволилась, дома нет.

— Я что в рабстве? — огрызнулась я, отодвигаясь. — Делаю, что хочу!

— Да кто ж спорит, — смягчился Кир, но взглядом давил, — чё за мужик, у тебя живёт?

— Что? — я распахнула глаза от изумления. — Ты что был у меня дома?

— Заходил — кивнул Кирилл. — А этот мудило, меня нах послал, и какую-то херню городил, что муж тебе?

Я смотрела и не верила ушам.

— Зачем? — только и вырвалось у меня. — Что тебе ещё-то надо? Вы же всё сполна получили!

— Ой, давай не бушуй! — отмахнулся Кирилл, и придвинулся ближе. — Лучше скажи, Света, это действительно муж твой, вот это мурло пьяное?

— Вова не мурло, — взыграла во мне гордость, — он просто в затруднительном положении.

— В пьяном угаре твой Вова, — ухмыльнулся Кир, и резко притянул меня, схватив за локти, так что врезалась в его твёрдое тело. — Ах, ты ж шлюшка, зеленоглазая! Мужу своему с двумя мужиками изменила! — проговорил он тихо и утробно, над самым моим ухом. — И ведь наслаждалась. Как кончала, как в рот брала!

Его тихие слова, настолько били больно, словно он орал их на весь двор, обличая меня в измене. И, наверное, я это заслужила, но вот только не ему меня обвинять. Не этому развратному и грубому бандиту.

— Пошел ты! Не трогай меня! Скотина! Козёл! — я забилась в его руках, и даже пару раз съездила по небритой роже, пока он меня не скрутил. Обхватил руки и завел назад, прижал к холодному кузову машины, и в рот своим врезался, даже зубы наши стукнулись, и так больно прихватил губы, и языком так похабно и глубоко залез, что всё дыхание напрочь, вместе с сопротивлением снёс. И я словно в угаре хмельном, отвечала на эту грубость, наплевав, что вечерний двор полон людей, что мы под окнами моего дома, и каждый меня тут знает. Я снова подчинялась силе. Покорялась грубости. И млела, как течная сучка, млела, от этого напора. И мыслей в моей голове не осталось, только эта звериная тяга, этот сумасшедший натиск.