Книга Никак иначе, страница 89 – Аня Леонтьева

— И что? Я что монах? Или женат на них на всех? — он задрал бровь.

— И всё же это официальное мероприятие…

— Знаешь, чего бы я хотел прямо сейчас? — перебил меня Кир, и склонился к моему уху, продолжая вести в танце. Горячее дыхание обрамило открытый изгиб шеи, и пульс мой ускорился.

— Чего? — только и смогла выдавить я из себя.

— Прямо сейчас бы вцепился прямо зубами в твоё мелькающее перед глазами, плечо. Кусал бы его и целовал, оставляя свои следы…

— Кирилл…

— Тихо, не перебивай, зеленоглазая. Ты как моя шлюшка, должна быть всегда готова.

После этих слов, я попыталась оттолкнуть его, но он даже с шага не сбился, только рука на затылке переползла на шею, стала жестче.

— Я бы содрал бы с тебя твоё золушкино платье, к херам, и сосал бы твои соски прямо через лифчик, попутно трахая тебя пальцами. И тебе бы это понравилось, тебе уже это нравится, верно?

Он снова пристально посмотрел мне в глаза, а я сглотнула, пытаясь пропихнуть ставшую ужасно вязкой слюну, в горло.

Не дожидаясь ответа, он самодовольно улыбнулся, прекрасно понимая, что я была бы не против.

— А потом, когда ты пару раз бы кончила мне на пальцы, я бы поставил тебя на колени, и ты бы с удовольствием мне отсосала. Лизала бы, и глотала бы, мыча от кайфа, тараща на меня свои зелёные глаза…

— Кирилл, перестань… — мне резко стало жарко, я снова попыталась выбраться из его рук, чувствуя, что задыхаюсь.

— Ну и это ещё не всё, — не унимался этот гад, перехватывая мои руки, — под занавес я трахнул бы твою круглую задницу. Медленно, размеренно растягивал бы тебя, слушая, как ты стонешь, и просишь ещё.

— Ты издеваешься? — не выдержала я.

— Ты по любому уже течёшь, только от одних моих слов?

— Иди на фиг! — разозлилась на него, прекрасно чувствуя горячую влагу, намочившую трусики.

— Течёшь, — констатирует он, — и хочешь, всё что озвучил, хочешь.

— И что дальше?

— А то дальше, зеленоглазая, — вдруг резко посерьёзнел Кир, — если ты полностью разделяешь все наши постельные вкусы, то не надо притворяться белой и пушистой. И заниматься самобичеванием тоже не надо. Называть себя шлюхой! Тебе показать, как обращаются со шлюхами?

Я заткнулась и насупилась.

Тоже мне учитель!

Урок преподал.

— Я, кажется, задал вопрос? — тихо прорычал мне в ухо.

— Нет, не надо, — поспешно ответила я, только сейчас понимая, насколько покоробил его мой выпад.

— Вот и хорошо, — Кирилл поднял моё лицо за подбородок, — вечернюю программу ты теперь знаешь. А пока можно и отдохнуть.

Кир мягко чмокнул меня в губы.

— Охуенно выглядишь кстати, — проронил он, заканчивая наш танец, — стервятники уже слетелись.

— Какие стервятники? — всё ещё никак не могла переключиться я, чувствуя блуждающую дрожь во всём теле.

— Ну как же, вон Игорёк, уже клинья подбивал, смертник, — ответил Кирилл, и беспечный тон его, меня не обманул. То, что Игорьку хана, я осознала чётко.

Мы снова шли по проходу, и Кирилл между делом успевал, перекидываться парой фраз с окружающими. Мужчины пожимали ему руки, женщины салютовали бокалами. И честно, говоря, представлять меня никому и не пришлось. Зачем? Когда Кирилл так по собственнически притискивал меня к себе. Обнимал. И убивал взглядом любого, кто косо на меня смотрел. Всем итак стало понятно, что я с ним, принадлежу ему полностью, и безраздельно. А кто усомниться, того постигнет неминуемая кара.