Книга Мой гадский сосед, страница 86 – Аня Леонтьева

— И ты поверила, — перебивает Алка.

— Поверила, — в тон ей отвечаю. — А ты бы не поверила?

— Маш, твой Лёшик сам как ребёнок.

— Да знаю я, Ал. И не мой он уже окончательно.

— А вот это правильно, Маш. Разводись и к медведю своему рули в деревню, а то я сама уже подумываю, не обзавестись ли мне домишком в этом твоём Гадюкино, — замурчала Алка.

— Э, подруга, ты притормози! — офигела я. — И медведя моего не тронь. Он, вообще-то, из Гадюкино за мной приехал, — то, что это не совсем так, я умолчала, хотелось уесть Алку, с её фантазиями. — И предложение мне сделал, — решила выпендриваться я до конца.

— О-о-о! Вот с этого и надо было начинать! — заверещала Алла. — А то цент, центр!

— Ал, ну серьёзно, они мне полчаса назад позвонили, сказали, что-то важное надо сообщить. Шеф отпустил. А такси меня уже двадцать минут динамит. Да и страшно мне одной, вдруг херня какая-то.

— А что медведя своего не попросишь?

— Я сперва узнать хочу, чего они мне сообщат, а уж потом решу, стоит ему говорить или нет. Ты же женщина, должна меня понять.

— Ладно, ладно, — сжалилась подруга, — еду! Жди!

Фух! Выдохнула.

Но как только прекратила разговор, тревога с новой силой сжала сердце. Чего-то темнят в этом центре. Если всё хорошо, зачем столько шороху наводить: «Срочно нужно приехать, важные новости».

Блин, неужели я со своей контрацепцией, что-то себе наделала. Никогда не прощу Лёшику, да и сама тоже хороша. Всё же гормоны есть гормоны, как бы отлично они ни были подобраны.

А если вообще болячка какая-то, то это теперь к жениху моему нынешнему, хотя с медведем мы всегда были осторожны. Правила контрацепции он соблюдал чётко, видимо, очень детей от меня не хотел.

И вот такие мысли за полчаса в моей голове ходят по кругу, и просто меня убивают. Я уже последние минуты, в ожидании Алки подпрыгивала, от нетерпения. Потому что неизвестность — это всегда самое тяжёлое.

Пару раз выглядывал Аркадий Анатольевич, смотрел на меня со смесью неодобрения и почему-то жалости, и уходил обратно, крякая в усы, что-то неразборчивое. Ну да знаю, что выгляжу помято. Я так-то всю ночь вместо сна, медведя ублажала, всё тело болит, на сон пару часов осталось. И одежда у меня так себе, не совсем офисная. Свитшот серый, джинсы и кроссовки, а ещё отсутствует макияж и причёска.

Ну что поделать?

Пусть спасибо скажет, что я вообще явилась, а не проспала. Спасибо это, кстати, говорить надо ненасытному медведю, который под утро, меня разбудил лобызаниями своими, и по фиг ему было, что я почти не проснулась на тот момент, и ругала его, по-моему, матом. Его это не остановило, и даже не притормозило особо, он лишь пообещал кары на мой поганый рот и сожалел очень, что дел у него невпроворот, и никак не отложить и не отменить, и что я весь день буду ходить безнаказанная.

Мысли о Жене вытеснили тревогу по поводу результатов анализов. Пресыщенное гормонами счастья тело, сладко вздрогнуло, вспомнив этого кудесника секса. Лёгкая дрожь пронеслась по коже, при мысли о предстоящем вечере. Сердце зашлось быстрой дробью, при простом понимании, что я счастлива как никогда, и блаженная улыбка выступила на губах.

Вот так пребывая в своих мечтах, я пропустила появление Алки.

— Э, мать, как всё запущено, — начала она со стёба. — Ещё месяц назад ведь более менее адекватная была!