Книга Фиктивная мама и ничего личного, страница 16 – Анна Бигси, Елена Львова

— Зачем все это? — шипит на меня. — Что за спектакль? Привел кого-то, устраивает цирк. И без того ясно, что все плохо.

Я молчу. Не хочу ругаться. Не сейчас. Где-то внутри впервые за долгое время растет странное, осторожное спокойствие. Пока еще неуверенное, но уже настоящее. Странно, но я доверяю Дмитрию. Его голосу, движениям, взгляду. Он не кричит, не суетится. Делает. Просто делает. И от этого становится легче.

Через полчаса собирается консилиум. Меня никто особо не слушает — решает мама, как законный представитель Алены. Но врач, которого привел Дмитрий, говорит уверенно:

— Состояние тяжелое, но мы можем прооперировать. Срочно. Я возьму на себя. У меня большой опыт таких операций. Риски есть, но они оправданы. Все будет хорошо.

Мама недовольно морщится, но подписывает согласие. Я чувствую, как руки дрожат от напряжения.

Девочку забирают в операционную. Мать тут же выдыхает зло:

— Все. Готовься хоронить.

— Мам…

— Думаешь, что умная, а ведешься как овца на все. А потом сама будешь в голос выть. Думаешь, если у тебя мужик появился, то он спасет всех?

Я стискиваю зубы. Мне хочется уйти. Исчезнуть. Но я даже не успеваю ответить — рядом оказывается Дмитрий.

— Довольно, — рычит он. Тихо, но так, что даже мне становится страшно. Мама оборачивается, замолкает. — Пойдем.

Он берет меня за локоть. Не жестко, но уверенно. Уводит в сторону, и я почти физически ощущаю, как между мной и реальностью вырастает стена, из него. Из его спокойствия. Из его рук.

Через несколько минут мы оказываемся в маленьком кафе на территории больницы. Он заказывает кофе, даже не спрашивая, что я хочу. Просто ставит чашку передо мной, садится напротив.

— Спасибо, — шепчу.

Он кивает, откидывается на спинку стула. Я смотрю на него и впервые за день замечаю, как он устал. Но не показывает. Потому что рядом я. Потому что мне хуже.

— Я все подпишу, — говорю я. — Сделаю, как вы сказали. Обещаю.

Он смотрит долго. Прищурившись. Внимательно. А потом — вдруг — мягко улыбается.

— Я не сомневаюсь в вашей честности. Но может уже перейдем на «ты»?

— Хорошо, — киваю и прячу улыбку в чашке.

Дмитрий достает телефон, открывает галерею.

— Хочешь посмотреть на мою Лину?

— Конечно, — киваю, немного оживляясь.

Он показывает фото дочери. Девочка — худенькая, с прямыми волосами и огромными глазами. На одном видео она пытается читать книжку вслух. Голос тихий, осторожный. Она будто боится ошибиться.

— Красивая. Только улыбается мало, — озвучиваю свои мысли.

— Это еще одна проблема, — отвечает он. — Будем решать.

Мы смотрим друг на друга. Он спокойный, сильный. Я вся из лоскутов. Но сейчас, в этой тишине, между нами будто тянется тонкая ниточка доверия.

— Тебе придется уволиться.

— С удовольствием, — выдыхаю, и только теперь понимаю, как сильно я устала.

— И переехать ко мне. Это важно. Судья должен поверить в семью.

Я снова киваю. Я готова. Я не хочу играть, но я хочу, чтобы все было по-честному.

Через несколько часов врач выходит из операционной. Лицо у него сосредоточенное, но спокойное.

— Операция прошла успешно, — говорит он, подходя ближе. — Мы стабилизировали состояние девочки. Все показатели в норме. Сейчас Алена в реанимации под наблюдением. Первые сутки будут критичными, но на данный момент жизни девочки ничего не угрожает.