Книга Охота на мышку, страница 107 – Юлия Гетта

Краснею от повышенного внимания к нашей парочке, но стараюсь не подавать вида, пряча неловкость за дружелюбной улыбкой.

Перед нами опускают две круглых стопки с узкими донышками и широкими горлышками. Наливают слегка тягучую прозрачную жидкость из массивной квадратной бутылки.

— Пила хоть раз текилу? — спрашивает любимый.

Отрицательно кручу головой, избегая без лишней необходимости общаться словами. Постоянно пытаться перекричать громкую музыку ужасно тяжело.

— Я научу тебя, как делать это правильно, — обещает Серёжа. — Смотри, берёшь соль…

Он поднимает мою руку и, глядя в глаза, внезапно проводит языком по тыльной стороне ладони в том месте, где соединяются косточки большого и указательного пальцев. Оставляя там влажный след. Это выходит слишком пошло. Меня словно током пробивает, по спине бегут мурашки. Испуганно перевожу взгляд на соседей по столу, но никому до нас уже нет дела. Все, в общем, заняты примерно тем же самым, только облизывают не чужие, а свои собственные руки.

— А теперь солим, — говорит на ухо Сергей и посыпает облизанное место тонким слоем белого песка из солонки.

— Зачем это? — удивлённо хлопаю глазами я.

— Смотри и делай как я, — ухмыляется Сергей, проворачивая тот же фокус с облизыванием и посыпанием солью, только уже со своей рукой.

После мы все дружно чокаемся.

— За прекрасное пополнение в нашей компании! — задорно выкрикивает тост Власов, подмигнув мне и снова заставив покраснеть.

Все слизывают соль со своих рук и пьют. Мою же ладонь снова обжигает язык Сергея. После чего любимый быстро опрокидывает в себя рюмку с текилой и кладёт на свой язык ломтик лимона. С наслаждением прикрывает глаза.

— Давай, теперь ты, — хитро улыбаясь, подставляет к моему лицу свою ладонь, щедро посыпанную солью.

Это кажется мне чем-то очень порочным. Ужасно неловко перед своими учениками. Но отказаться я уже не могу. Ведь сегодня я присутствую здесь не как учитель. А как просто девушка, ничем не отличающаяся от них. После того, как подобное проделали абсолютно все за нашим столом, как-то неловко выделяться. И потом, вопреки всякому здравому смыслу, мне хочется принять этот вызов.

Провожу языком по шершавой коже Сергея, собирая мелкий солёный песок. Выпиваю свою рюмку, делая это быстро, подражая всем остальным. И Серёжа тут же засовывает в мой рот лимон.

— Подержи чуть-чуть на языке и жуй, — советует.

По пищеводу проносится огонь. Но во рту остаются очень приятные ощущения. Солено-кислый вкус, но совсем лёгкий, не обжигающий, не заставляющий скривиться.

— Ну как? — с энтузиазмом смотрит на меня любимый.

— Ух ты, — кокетливо улыбаюсь я ему.

Он тоже улыбается мне, широко и открыто.

Нет в мире ничего прекраснее этой улыбки.

Мне аплодируют, заставляя снова немного смутиться. Но принятый алкоголь горячит кровь, смазывая ощущение неловкости.

— Татьяна Петровна, да вы, оказывается, наш человек! — весело выкрикивает Маргарита.

— А можно просто Таня? — спрашивает Стоянов. — Не в школе, конечно, а так, в нейтральной обстановке?

— Можно, — с улыбкой киваю я.

— Охренеть, Сыч, ты где так карму себе прокачал? — подходит к нам сзади Власов и обнимает за плечи Серёжу. — Таня, у тебя нет случайно таких же красивых, как ты, подруг?

Я улыбаюсь, не представляя, как себя вести и что отвечать на подобные комплименты.