Книга Мирай, страница 64 – Марина Зимняя

Кто знает, что Ульке может присниться. Она вечно переживает, что я голодаю, недоедаю и вообще окочурился под десятисантиметровым слоем пыли и грязи. Мне кажется в том, что я вымахал под два метра, виновата именно Улька. Она вечно закармливает меня как бычка на убой.

— Не будем делать вдовцом и отцом одиночкой Егорку. Ты же прирежешь или пристукнешь ее ненароком, — с силой вырываю из ее руки скалку следом за ножом. Капец, она сильная.

— Ты все у меня забрал! — выкрикивает обиженно. — А если он придет сюда. У меня же ничего нет!

— Не придет, Роз. Откуда ему знать, что ты здесь.

— Он меня ищет. Я своими глазами видела его сегодня на конюшне. А если Паво здесь, то рано или поздно он меня найдет, — ее губы дрожат, голос срывается. — Мне нужно было уехать, а из-за тебя я не смогла этого сделать! — припечатывает кулачком мне в грудь. — Я не останусь здесь одна. Ты кажется собирался меня охранять, вот и охраняй! Утром я свяжусь с братом, и он поможет мне уехать. А сейчас я здесь одна не останусь! Или дай мне хоть что-нибудь для самообороны!

— Роз! Не плачь, — обнимаю ее тонкие плечи и притягиваю к себе. — Хочешь ехать со мной, поехали.

Роза кутается в мою толстовку. Влажные волосы заплела в тугую косу и спрятала под кофтой. Она выглядит такой юной. Совсем девочка, лет шестнадцать, и то дашь с натяжкой сейчас. Может, все дело в ее миниатюрности? А может, все же следует выяснить, сколько ей лет на самом деле. Хотя она говорила, что окончила школу в этом году и собиралась поступать в университет. Шестнадцать точно есть. Но хотелось бы все-таки, чтобы она была постарше. Взгляд затравленный, как у зверька, дергается от каждого шороха. Она далеко не трусиха. Но запугана жутко. Все-таки она девушка. Маленькая, беззащитная девушка. А тут еще этот маньяк рыщет вокруг до около. Представляю ее в его лапах, в венах моментально закипает кровь. Боюсь даже представить себе, что ей пришлось пережить рядом с ним. Не от хорошей жизни она сбежала без оглядки в никуда.

Заезжаем на территорию комплекса, вокруг тишина. И чего он орал, как потерпевший? Вокруг никого нет, машина Егора одиноко стоит на парковке. Ворота нам открыл дядька Венька, в клетчатых пижамных штанах и олимпийке. Вероятно, Егорка вытянул сторожа прямо из постели, он живет здесь неподалеку, буквально в двух минутах ходьбы. Сторож с тоской во взгляде проводил свой бывший автомобиль и поплелся следом за нами.

— Пойдем, послушаем этого крикуна, — киваю на дверь.

— Я в машине посижу.

— Точно?

— Да… я подожду тебя в машине, иди.

Дядька Венька подходит ко мне, кривовато улыбается.

— А говорил, что ездить не будешь. Не машина, а мечта, разве можно перед ней устоять.

— И не говори, мощная тачка. Что случилось то, дядь Вень?

Дядька Венька машет рукой.

— Ты чего не предупредил меня, Тим Саныч, что сегодня тебя подменить нужно, — с любопытством заглядывает в машину, щурит единственный зрячий глаз, пытаясь рассмотреть Розу.

Загораживаю ему обзор. Любопытный какой.

— А толку? Ты все равно спишь на работе.

— Обижаешь, Тим Саныч. Я только на той неделе спал, уставал просто. Ну ка… и в день, и в ночь дежурить. Я же не железный. Егор Саныч все записи сейчас просматривает. Так что походу, я свое отработал уже. Погонит меня теперь… Увидит того воришку и погонит.