Книга На последних этажах, страница 25 – Ирина Рэйн

— Безусловно.

— Какие у вас планы на будущее? Уже есть идеи, чем порадовать своих почитателей? — Я плыву по течению. Не знаю, что вдохновит меня в следующий момент. Но, если это будет что-то стоящее, на мой взгляд, то я обязательно с вами поделюсь.

— Спасибо, что ответили на вопросы. Творческих успехов! — искренне пожелала журналистка. Когда она отошла, к Лике подошел Петр Андреевич.

— Это была журналистка, да?

— Да. Газета «Иной Петербург».

— Это хорошо. Реклама нам не помешает. Анжелика, пойдем в мой кабинет, надо кое-что обсудить. Вы дали запрет на продажу нескольких работ, но покупатели очень настойчивы. Они ждут нас для разговора.

— Хорошо, я с ними поговорю. Но менять своего решения не буду. Если я сказала, что картины не продаются, значит, они не продаются. Девушка обернулась к Савелию, который общался с Егором и Аней, махнула ему рукой, мысленно пообещав, что скоро вернется к нему, и пошла за Петром Андреевичем. В зал вошел Илья с большим букетом бордовых роз. Огляделся, но не увидел Анжелику, зато заметил Савелия. Отложив букет, он направился в сторону своего соперника.

— Здравствуйте. Савелий почувствовал волну негатива, которая шла от этого мужчины в его направлении.

— Здравствуйте, Илья, — подал руку Егор, мысленно подобравшись, — знакомьтесь, это Савелий Костомаров.

— Мог бы сказать, что мне приятно, но не буду лицемерить, — ответил Илья, — Пойдемте, нам надо поговорить. Сав был не из пугливых и не из глупых, и прекрасно понимал, что мужской разговор между ними рано или поздно неизбежен.

— И о чем пойдет разговор? — спросил Савелий, чтобы не оттягивать.

— Не о чем, а о ком. Об Анжелике. Вы ведь знаете кто я для нее?

— Знаю. Бывший любовник, — твердо сказал Сав.

— Ах так? То есть вы считаете, что нынешний любовник — это вы? Улыбка на лице тренера говорила именно об этом.

— Именно так я и считаю. Лике давно надо было уйти от тебя.

— Мы это сами решим между собой. Вдвоем. Савелий возмутился.

— Нет уж! Анжи — моя девушка, у нас с ней все серьезно! Илья рассмеялся.

— Серьезно? Как может быть серьезно у содержанки и жигало? Я все о тебе знаю, имена всех твоих богатых клиенток знаю, причем кое-кто из них является женами моих знакомых. Как думаешь, им понравятся сведения подобного рода о своих благоверных? Сав потемнел в лице и сжал кулаки.

— Вы не посмеете…

— Поверь мне, если я захочу, то сотру тебя в порошок. Но я не буду этого делать сейчас.

— Почему же? — спросил Савелий.

— У вас есть отличный шанс отыграться на мне.

— Из-за нее, — ответил Илья, — долгое время Лика была моей Музой, она помогала мне жить. Если она нашла в тебе что-то, значит это неспроста.

— То есть вы отпускаете ее ко мне? Так просто? Илья отрицательно покачал головой.

— Нет. Просто для вас ничего не будет. Сейчас вы уйдете с этого мероприятия, и будете ждать ее дома, чтобы поговорить и расстаться.

— Иначе что? — спросил Сав.

— Иначе я буду вынужден оповестить своих знакомых и правоохранительные органы о вашем досуге.

— Ну вы же знаете Анжелику! Знаете, что подвергаете ее боли. И все равно делаете это. У вас же есть к ней чувства, хоть какие-нибудь!

— Есть. Я не стану отрицать. Она мне как любимая и как дочь одновременно. Именно поэтому я хочу, чтобы вы с ней прошли испытание временем и расстоянием. Савелий недоуменно уставился на Сорокина.