Книга Измена. Я тебя (не) люблю, страница 12 – Анна Арно

— Еще через сутки у нас снова станет все хорошо, — протягиваю пальцы к ее лицу, чтобы оценить кровоподтек на подбородке. — Тебе просто нужно успокоиться, и…

Леся дергается, уворачиваясь от моей руки, насколько такой маневр ей позволяют наручники на запястьях:

— Даже не думай еще хоть раз прикоснуться ко мне своими грязными руками, — чеканит она уверенно, зеленые глаза сверкают от ярости, моментально высохнув от слез.

От нежной обиженной Лесеньки снова не осталось и следа. Ого. Вот этого преображение. Я и не знал этой стороны своей жены до сего дня.

Скольжу взглядом по наручникам на ее тонких запястьях. Рукава моего пиджака слегка закатаны. А полы распахнуты. От вида ее простенького нежно-розового бельишка у меня почему-то пересыхает в горле. Странно, мне ведь никогда не нравились эти ее целомудренные комплектики. Я любитель чего-то более экстравагантного. Поэтому сейчас реакция моего тела мне не совсем понятна. Может дело в наручниках?

Облизываю пересохшие губы:

— Значит по-хорошему ты действительно не хочешь, — ухмыляюсь я. — Кажется ты даже не поняла, что сама загнала себя в опасную ловушку.

— В к-какую?.. — как быстро ей удается сменять образ с невинной овечки до взбешенной фурии и обратно. И мне теперь не терпится узнать, где эта грань, пробуждающая мои неуместные желания к моей крошке.

Ныряю ладонью под полы своего пиджака на ней, и немного грубо сжимаю ее точеную талию.

— Не смей прикасаться! — взвизгивает Леся, пытаясь увернуться.

Дергаю ее к себе в объятия, прижимая ее спинку к своему торсу. Ох, вот сейчас хорошо…

Зарываюсь носом в ее растрепанные волосы. Она пахнет — обалдеть просто…

Леся вся ерзает, пытаясь вырваться. Но я стискиваю ее так крепко, что она лишь сама того не осознавая еще сильнее разгоняет мою кровь своей возней.

— Пусти, мерзавец, — выдавливает она.

— У тебя сейчас два варианта, котенок, — шепчу ей в волосы. — Либо ты заканчиваешь свой спектакль и спокойно едешь со мной домой, либо…

— С тобой я больше никогда никуда не поеду! — перебивает меня категорично.

— Мне тоже второй вариант сейчас больше по вкусу, — рокочу я, откровенно дурея сейчас от ее близости.

Впиваюсь губами в ее тонкую шейку. Слегка покусываю, чувствуя какой-то нездоровый голод.

— О нет! — вопит Леся. — Не смей! Ты совсем из ума выжил?! Да как ты смеешь после этой своей…

— Тшшш. Будешь так громко кричать, еще и зевак соберешь. Ты действительно готова посвятить в нашу личную жизнь весь полицейский участок?

— Нет у нас больше никакой личной жизни, подонок! Твоя осталась на даче! А я своей непременно займусь как только с тобой закончу…

Грубо припираю свою хрупкую девочку к стенке, не позволяя продолжать эти глупости:

— Займемся, моя маленькая. Прямо вот сейчас займемся твоей личной жизнью, принцесса, — нетерпеливо поглаживаю ее плоский животик аккурат над резинкой трусиков. — А закончить я тебе помогу прямо сейчас, — скольжу пальцами вниз.

Леся дергается в сторону:

— Эй, какого черта ты делаешь?! — вопит она.

— Ты ведь сама выбрала второй вариант, — хмыкаю ей в ушко.

— К-какой еще… — ее трясет.

— Как же? Примирительные ласки.

— Уж лучше убей! — воплю я, сквозь слезы, всеми силами пытаясь вырваться из его рук.

— Ну же, девочка моя, — он без особого труда пресекает любые мои протесты, целует мою шею, явно не собираясь пощадить меня.