Книга Двойняшки в наследство, страница 24 – Ксения Худякова

День проходит в тревожном ожидании, я вижу как Уля смотрит на меня, но молчит. И лишь когда укладываем детей спать я прижимаю девушку к себе, целую ее в макушку.

— Уль, Славика пока не отпустили, Серега его держит. К свекру Славик пока не обращался, право на звонок не использовал.

— И что… может ну ее эту квартиру! Всю жизнь от него прятаться?

— Нет, Уль, сдаваться нельзя. Эта квартира — ваша общая собственность, к тому же большая часть была оплачена тобой. Если сдадимся теперь, значит, он победил. А я не хочу, чтобы наши дети выросли и думали, что можно отступать перед трудностями.

Уля молча слушает, вскидывает взгляд на меня, когда я говорю «наши дети». Ее глаза блестят от невыплаканных слез.

— Но как же... Он ведь угрожает... — не спорит со мной по поводу детей.

— Угрозы — это его оружие. Пока он действует исподтишка, прячась за спиной своего будущего тестя. Но я уверен, что справедливость восторжествует. Нам нужно собрать доказательства его мошенничества, показать, что он незаконно завладел единолично вашей собственностью. Адвокат работает над этим. А я хочу поговорить с его тестем, понять, стоит ли ждать оттуда неприятностей.

— Ты уедешь? — Уля прижимается ко мне, и мне сейчас хочется схватить ее в охапку и любить до тех пор, пока глаза не будут светиться удовольствием и, возможно, любовью… ко мне!

— Да, сейчас в ночь! Не переживай, я не на машине, на «Сапсане» поеду. А вы никуда не выходите, никому не открываете! С Серегой договорюсь, чтобы присматривал. И тебе скину его номер. В случае чего звони, он поможет!

* * *

Уля

Я смотрю вслед уходящему Даниле, чувствуя внутри странную смесь страха и надежды. Мысленно возвращаюсь к событиям последних лет: знакомство со Славой, его ухаживания, наша роспись, совместная покупка квартиры, радость первых совместных ужинов, планы на семейное счастье и рождение детей. И вдруг страшный удар — меня выгоняют из моей же квартиры, говорят, что муж умер. Потом оказывается, что Слава мне уже давно не муж! Обвинения, шантаж, угроза, страх в глазах детей.

Теперь, когда Даниил уехал мне кажется, будто весь мир застыл в напряжении. Ощущение тревоги вновь захлестнуло волной.

«Может, правда ну ее эту проклятую квартиру?» — мелькает мысль в голове.

Дети спят рядом, тихо посапывая. И я укладываюсь рядышком. Губы растягиваются в улыбке. Интересно, Даня заметил, что назвал Анечку с Никиткой сегодня своими. Вернее, «нашими детьми». Осознанно это было или нет?

Думала не усну, но напряжение всего дня дало о себе знать и я засыпаю, рядом со своими сладкими, пахнущими молоком булочками… Булочкой и пирожочком…

Даниил

В Сапсане я постарался выкинуть все мысли из головы и немного вздремнуть, но у меня это плохо получалось. Уезжал я с неспокойным сердцем. Надеялся лишь на то, что Славика немного поддержат еще в камере, а если и выпустят, он поедет в Москву к своей невесте, а не Уле с детьми.

Где живет Бондарев Федор Сергеевич, будущий тесть моего брата, я естественно не знаю. Но я выяснил чем он занимается и где находится его компания.

Но оказалось, попасть даже внутрь здания без пропуска и предварительного согласования не так уж и просто. Мне элементарно не удалось пройти мимо охраны и турникета.

Мне дали номер телефона секретаря Федора Сергеевича, и на том спасибо.