Книга Тихоня для мажора, страница 13 – Карина Ли

— Как долго это будет продолжатся? Я же не буду жить у тебя и работать вечно?

— Конечно нет, надоешь — выпру к черту.

— Очень прекрасная перспектива. Может все-таки какие-то сроки установим? — пусть скажет, например, неделя или две.

— Шестьдесят девять дней жизни в моем доме, под одной крышей, потом можешь съезжать. Только на работу твою эти сроки не распространяются. Тут будет так как я решу, может дольше, а может ровно столько, сколько мы будем жить под крышей дома моего. — последнюю фразу он пропел, весело ему, осел.

— Почему шестьдесят девять дней?

— Подумай, — он играет бровями и облизывает свои губы, — это мое любимое число.

Я слышу, как поворачивается ключ в замке двери, и она открывается.

— Привет, бро. Мы тут тебя уже заждались. — он смотрит на телефон, а потом на меня и добавляет едва слышно, — Ну так что, Лиса?

— Я согласна, согласна. Убери этот чертов телефон. — как раз в этот момент заходит Сеня и улыбается, глядя на нас.

— Рад, что вы оба все еще здесь, живы и поладили.

Да уж, знал бы ты насколько…

Алиса

Вы знаете, что-то о том состоянии, когда все твое тело находится в какой-то боевой готовности? Так вот меня сейчас так. Чувство что рядом бомба и она может рвануть в любой момент. Парни говорят о чем то своем на кухне. Я же сижу и просто наблюдаю со стороны. Жду. Рванет ли? Максим смотрит на меня периодически как- то странно, будто спрашивая взглядом: «боишься?». Не так давно они достали пиво, и я стала чувствовать себя более неловко, чем до этого. Поэтому пока они увлеченно говорят о работе и каких-то делах с их отцом, я иду и включаю телевизор.

— Так почему она? — слышу вопрос Максима и начинаю прислушиваться к разговору, который парни думают я не слышу. — Вокруг телок разных, да просто тьма тьмущая! Одна лучше другой. Я конечно кобель тот еще, да и как можно пройти мимо и не заметить охиреные сиськи или ноги? Как, можно не свернуть себе шею, когда они так развратно одеты и предлагают себя?! Клянусь Сеня, я не знаю из какого железа или бетона должен состоять мужик, что бы не клюнуть на такое. — Может он должен просто любить? — отвечает мой парень брату. — Она совершенна не похожа на других.

— Ага, я заметил. Серая, скучная и еще и не местная. Она у тебя хату отожмет и свиснуть не успеешь. — он смеется и то, что Сеня сейчас молчит не много неприятно. — И че? Хочешь сказать, что ослеп к чертовой бабушке и не видишь вокруг никого? А как же эта твоя как ее там? Ну та, что бегала там за тобой в офисе. — а вот тут мне становится еще более интересно, но увы Сеня пресекает эту тему. — Ничего не вижу, Макс. Никого кроме нее не хочу. Сдохло абсолютно все, по отношению к другим и осталось живо только к ней одной. Я как помешался, днем и ночью о ней думаю, работать нормально не могу, хочу скорее к ней вернутся. — Хренов романтик! Интересно, а она разделяет твои чувства? Или это игра в одни ворота? — он создает видимость заботливого брата или правда переживает за Сеню? — Я любящий мужчина и это обо всем говорит сполна брат. — Ослеп значит? Смешно даже. Но это будет интересно. — Ослеп и оглох, и во мне нет ни малейшего желания снова становиться зрячим. — я слышу звук от стукающихся бутылок. — Интересно что?

— Вся эта фигня с твоими чувствами и тем, что у нее к тебе. Я не верю в такую неземную любовь, тем более обоюдную. — я не могу выдержать уже, встаю иду к ним, Сеня замечает меня первым и показывает на место рядом с ним, куда я и следую.