Книга Измена. Давай останемся никем, страница 68 – Карина Ли

— Привет, что тебе нужно? — отвечаю спокойно.

— Хотела посмотреть, как ты живешь после того, как упекла за решетку того, что тебя подобрал и на ноги поставил, вычухал. Спишь, хорошо отправив Лизу кто знает куда?

— Ей так будет лучше. Там она получит правильное воспитание и не будет скитаться по приемным семьям.

Катя смотрит на меня с явной злостью, и я замечаю, как ее руки слегка дрожат и она прячет их в карманы кардигана.

— Ты так думаешь? — усмехается она, но в ее голосе слышится ненависть. — Ты считаешь, что просто взяв и отправив Лизу к какой-то тётке, ты решила все её проблемы? Думаешь, что избавившись от Мирона, ты все исправила? Ты вообще знаешь, через что он и она сейчас проходят?

— Я сделала всё, что в моих силах, чтобы помочь ей, — отвечаю, стараясь сохранять спокойствие. — Я не могу изменить прошлое, но могу постараться сделать её будущее лучше. А ты, Катя, ты только усугубляешь ситуацию своими действиями.

Катя фыркает, но в её глазах читается усталость и отчаяние.

— Ты вообще не понимаешь, что творишь, Алиса. Тебе кажется, что ты такая благородная, что у тебя есть право решать за других. Но ты забыла, кто ты и откуда пришла. Ты мусор и останешься им всегда.

— Я прекрасно знаю, кто я, — отвечаю твердо. — И я больше не позволю никому манипулировать мной и моей жизнью в целом. Если ты пришла сюда, чтобы обвинять меня, то лучше уходи.

Катя молчит несколько секунд, а потом говорит тише, почти шепотом:

— Знаешь, Алиса, я никогда не думала, что так всё обернется. Всё это... — она машет рукой, словно пытаясь охватить весь мир вокруг. — Просто всё пошло не так в какой-то момент. Мирон, Лиза, я... Мы все просто потерялись. И все это произошло из-за тебя. ты виновата во всем.

Такси подъезжает, и я чувствую, что наше время подходит к концу.

— Катя, — говорю мягче, — может, тебе стоит подумать о себе. Найти помощь, разобраться со своими проблемами. Мирон сделал много ошибок, но это не значит, что ты должна повторять их.

Она смотрит на меня, и в её глазах на мгновение появляется что-то человеческое, уязвимое.

— Может быть, ты права, — признает она, отступая назад. — Но тебе всё равно не понять.

Она достает что-то из кармана и прежде, чем я успеваю сообразить она обливает этим меня, успеваю немного увернуться, чтобы в глаза не попало, но начинает невыносимо сильно жечь лицо и шею.

— Это будет напоминать тебе о том, что ты сделала, — орет она с ненавистью, а потом я слышу цокот ее каблуков.

Ко мне выбегает таксист и старается помочь, а мне больно, я горю вся.

— Девушка, я скорую вызову сейчас, бог ты мой, — кричит мужик и звонит в больницу.

Боль была невыносимой, и я чувствовала, как часть лица и шея буквально горят. Паника охватила меня, и слезы потекли по щекам, усиливая жжение. Таксист держал меня за руку, пытаясь успокоить.

— Держитесь, скорая уже в пути, — говорил он, нервно оглядываясь по сторонам.

Я пыталась сконцентрироваться на его словах, но боль была настолько сильной, что казалось, я теряю сознание. Вдалеке я услышала сирены скорой помощи, которые приближались всё ближе. Через несколько мучительных минут медики оказались рядом, мгновенно оценив моё состояние.

— Обожжённая химическим веществом, — быстро сообщил таксист, и я почувствовала, как меня осторожно поднимают на носилки.