Книга Подарок от лучшей подруги, страница 43 – Наталья Шадрина

Алинка чувствовала свою вину, и привести её в чувства у меня никак не получалось. Даже прогулка в парке и катание на каруселях, которые она просто обожала, не смогли поднять ей настроение.

— Я сдаюсь, — подняла я руки вверх, признавая своё поражение. — У меня больше нет вариантов, как тебя привести в чувства. Сегодня тебя ничего не радует.

— Спасибо, Ритка, что не бросаешь в трудную минуту, но мне как-то не до веселья. Ты только представь, что твой Рома уходит в армию, а подтолкнула его к этому решению ты сама. Как бы ты себя чувствовала?

— Он, к сожалению, не мой, и такими темпами вряд ли когда-нибудь станет. За всё время нашего знакомства, я его всего четыре раза видела, и то два раза случайно — на вокзале и на концерте.

Меня вдруг осенила догадка, которая многое могла бы объяснить.

— Алин! А у него, наверно, девушка есть, — глядя в глаза подруги, медленно проговорила я.

— С чего ты взяла? — удивилась она.

— Как-то весной я провожала тебя к родителям, и на перроне видела Ромку с молоденькой девушкой. Она к нему прижималась и плакала у него на плече.

— А ты ему тогда зачем?

— А я, видимо, мимолётное, сумасбродное приключение.

И так мне стало горько и противно от только что высказанного предположения.

— Ну, не знаю, — протянула Алина. — Странно как-то.

— Отчего же? Девочка у него молоденькая, наивная и непорочная. А парню секс нужен. Вот он и находит таких как я, которые на втором свидании готовы в лес ехать и из одежды выпрыгивают!

— Чего ты несёшь, Ритка?! У тебя же, кроме Сашки, и не было никого!

— Только Рома об этом не знает!

Возвращалась я домой расстроенная и подавленная. И Алинку не успокоила и себя накрутила. Что же нам с ней в личной жизни-то не везёт?!

В учебный процесс, начавшийся в первых числах сентября, я въезжала очень медленно и неохотно. После двух месяцев безделья мозг упорно отказывался работать. Хотелось спать, есть, гулять, но только не сидеть в душных кабинетах и не слушать монотонные лекции.

— Всего один год отучиться осталось! — щебетала под ухом Маринка. — Даже не верится.

— Чему ты радуешься?! Диплом придется писать, ГОСы сдавать.

— Это мелочи. Главное — заветные корочки получить, и вот ты уже не просто беззаботная студентка, а квалифицированный специалист и перед тобой открыты все дороги.

— Маринка — ты идеалистка, — усмехнулась я.

В аудиторию почти перед самым звонком вплыла Вера, удивительно похорошевшая за лето. Она была всё такой же, но что-то в ней неуловимо изменилось. Пропала девичья угловатость, появилась грация и мягкость в движениях.

— Таворина! — окрикнула её Маринка. — Ты где пропадала? Занятия еще на прошлой неделе начались! Для старосты это непростительная халатность.

Вера посмотрела на нас несколько свысока и с улыбкой сказала:

— А я больше не Таворина. У меня теперь другая фамилия.

— Как это? — удивилась Маринка.

— В конце августа я замуж вышла. Теперь я Вера Павловна Разникова.

— Вот это да! Поздравляем.

Староста степенно прошла на своё место и приготовилась к занятиям. Следом зашёл преподаватель и лекция началась.

— Когда она успела? — прошептала я, наклоняясь к подруге.

— Не знаю, что и сказать, — так же тихо ответила Маринка. — Я в шоке. У неё еще весной и парня-то не было. Она же всё с нами гулять ходила.