Книга Хозяин, наследник и я, страница 14 – Ника Амур

— Я обязан кормить свою семью, — отвечает охранник равнодушно. — Так, как мне платит Раиль Баширович, никто не заплатит. И что-то я не вижу на тебе синяков и наручников.

Интересно получается, если тебя не избили, то ты и не жертва. А моральное насилие не считается, его, как побои, не снять.

Спорить с охранником бесполезно. Его волнуют только деньги. Ему плевать на незнакомую девушку в тяжелом положении.

В итоге обхожу всю территорию по периметру. Приличное расстояние! Но так и не нахожу ни единой лазейки. Мне не выбраться самостоятельно за забор. Только если Раиль выпустит.

Опустошенная возвращаюсь в дом. И тут взгляд падает на телефонный аппарат. Как я раньше его не заметила! Он стоит на столике в холле. Красивый, под старину.

Сотового у меня нет. В интернате не выдают, а у самой денег не было купить. Но некоторые девочки умудрялись подзаработать и приобрести себе хоть старенький телефон. У Аньки — соседки по койке — например, есть.

Воровато оглядываясь, крадусь к телефону. По пути судорожно вспоминая номер Аньки. Записать мне его негде, так что храню в памяти. И вот пригодилось.

Набираю номер и молюсь про себя, чтобы она взяла трубку. В интернате у всех сотовые стоят на беззвучном режиме, чтобы никто не услышал и не отнял.

На восьмом гудке слышу щелчок и Анькин голос:

— Кто это?

— Анюты, это я, Ася, — шепчу в трубку.

— О, привет, пропажа. Ты, смотрю, загуляла, — хихикает она.

— Он меня не отпускает! — выдыхаю, пытаясь голосом передать всю степень своего отчаяния. — Хочет, чтобы я жила с ним. Представляешь?

— О да, это кошмар, — веселится Анька. — Жить в роскошном доме, носить брендовые вещи… врагу не пожелаешь такой участи.

— Ты не понимаешь, — всхлипываю. — Он… меня…

Сил не хватает договорить. Всхлипы переходят в плач.

— Что ты как маленькая? — неожиданно зло говорит Аня. — Он… ее… Да любая была бы рада оказаться на твоем месте. Тут все завидуют тебе по-черному. Повезло, урвала себе крутого покровителя.

— Но мне это не нужно.

— А почему-то все лучшее всегда достается тем, кому не нужно. Вот такая несправедливость.

Лучшее? Я не верю своим ушам. Это Раиль Алаев — лучшее?

Звоня Аньке, я рассчитывала на помощь. Что она расскажет о моем положении, что уговорит директрису забрать меня. Не знаю, сделает хоть что-нибудь!

Но теперь отчетливо понимаю — я сама по себе. Подруга и та по другую сторону баррикад.

— Все, Ась, мне пора бежать, — быстро говорит Аня. — А ты… ну не знаю… расслабиться и постарайся получить удовольствие, что ли.

Хихикнув напоследок, она отключается. Я тупо смотрю на трубку в своей руке, прикидывая — звонить в полицию или нет?

А потом представляю этот звонок. Ничего, кроме очередной порции унижений он не принесет. У Хозяина все схвачено в этом городе. Никто не станет меня слушать.

Я кладу трубку на место. Наваливается апатия. Все, что хочется сейчас, остаться одной, отгородиться ото всех.

Утром я была не в том состояние, чтобы запомнить дорогу к комнате, где меня держали. Знаю только, что она на втором этаже. Так что какое-то время бесцельно брожу по этажу, пока не попадается прислуга — девушка в черном платье. Она проводит меня в комнату.

Там меня ждет очередное неприятно открытие, которое я вчера не заметила. Дверь не запирается изнутри! Только снаружи. То есть меня закрыть можно, а сама я отгородиться ото всех не в состоянии.