Книга Хозяин, наследник и я, страница 68 – Ника Амур

— Все, как условились. Мальчика передали твоему человеку. Позвони.

Я достаю телефон и набираю номер.

— Ребенок у нас, — отчитываются мне, и я отключаюсь.

Но расслабляться рано. Теперь уже мне надо уйти живым со встречи и забрать сына. Хотя прямо сейчас Протасов вряд ли рискнет от меня избавиться. Он сделает это позже, без свидетелей, когда у него будет железное алиби.

— Последнюю просьбу можно? Вроде умирающим полагается, — шучу по-черному.

— Говори, — важно кивает Протасов. Он настолько серьезен, что даже смешно.

— Дай мне сутки, чтобы собраться.

Он думает недолго, потом соглашается:

— Хорошо, у тебя сутки, чтобы покинуть мой город. Не уложишься, сам виноват.

Я молча встаю из-за стола. Не благодарить же Протасова, в самом-то деле. Он этот день мне дал, чтобы поглумиться, а не по доброте душевной. Хозяином себя почувствовал. Но чтобы он там ни вообразил, а город этот МОЙ! Моим был, моим и останется. Но Протасову пока рано об этом знать.

Ухожу со встречи и спешу к сыну. Не терпится его увидеть в первый раз. А когда действительно вижу, чувствую трепет и все не решаюсь взять его на руки. Боюсь, случайно сделать что-то не так, причинить боль. Я ведь только это и умею — причинять боль. А с детьми никогда не имел дела.

Но вот, наконец, забрав сына, сажусь с ним в машину. Лева сидит у меня на руках и смотрит пристально. Такой маленький, а уже такой серьезный.

— Поехали к маме, — говорю ему.

Самое сложное не найти сына, чтобы вернуть его Анастасии. Намного сложнее отпустить их. Вырвать с корнем из своей жизни двух самых дорогих мне людей. Это как вскрыть себе грудную клетку и вырвать сердце.

Я отвез Анастасию с сыном в купленный для них по подставным документам дом. Там они будут в безопасности. Без меня.

Замечаю, что снова называю ее полным именем. Простил? Нет, мне не за что ее прощать, она ни в чем передо мной не виновата. Скорее, это я осознал свои ошибки.

Уезжаю рано утром, пока Анастасия спит. Сбегаю. Потому что знаю — если она попросит остаться, я не устою. А мне нельзя быть рядом с ними. До тех пор, пока тварь Протасов на свободе, никак нельзя. Лишь убрав его, я могу быть уверен, что мои любимые в безопасности.

Таким, как я, редко перепадает что-то хорошее. Обычно наша жизнь полна мрака и боли. Чаще чужой, но порой и своей. А я посмел мечтать о большем и был жестоко за это наказан.

Теперь у меня одна цель — сделать все, чтобы Анастасия и Лев были живы и счастливы. Со мной или без меня уже неважно.

У меня есть Лева. Ради него я нахожу в себе силы жить дальше и даже улыбаться.

Каждый вечер я рассказываю сыну, каким чудесным был его отец. Лева пока плохо понимает, но ничего, он быстро растет, а я продолжу рассказывать. Он должен узнать Раиля.

Я часто, гуляя с Левой, пою ему по привычке колыбельную. Так и нахожу работу. Меня берут в местный дом культуры. Он совсем крохотный, зато со своим хором. Именно в хоре я теперь работаю. Учу детей петь.

Да, я мечтала петь сама, а не учить других, но новая роль мне на удивление нравится. У меня очень талантливые ученики. Работать с ними одно удовольствие.

Но если днем я еще могу отвлечься — на Леву, на работу, на домашние дела, то по ночам мне больно и одиноко, хоть вой. Моя постель слишком холодна и слишком велика для меня одной. Эта кровать для двоих. Зачем Раиль купил такую большую, если знал, что не вернется? Почему он бросил меня?