Книга Бывший. Цена измены, страница 19 – Анна Эдельвейс

Вошла Ириша. Пожилая приятная женщина, секретарь Грымзы. Поставила поднос с кофе. Бутылочки колы. Орешки, шоколад.

Вежливо поухаживала за мной, подала чашку, салфетку, налила кофе из тонкого носика серебряного кофейника. Ласково коснулась моего плеча. Или мне показалось?

Роман наливал колу себе в кофе. Перехватив мой удивлённый взгляд, пошутил:

— Это у меня такой коктейль. Я сам себе бариста. Хотите попробовать так же?

Я смотрела на него с открытым ртом. Какой коктейль, какой бариста, о чём он.

Мне было тягостно сидеть, слушать человека, и одновременно мысленно метаться между моим проблемами. Вот курточка на Никитку маловата.

Думала с зарплаты новую куплю. Самую лучшую. Купила, блин. Куда я теперь.

Слова Романа вывели меня из задумчивости:

— Не смею вас задерживать. Чувствую, утомил.

Я попрощалась, стала собирать чёртовы схемы, он остановил меня:

— Пожалуйста, оставьте мне бумаги. Позже вам их вернут.

Я брела к себе в офис. Наташа единственная, кому я могла довериться, наверное, извелась поджидая меня. Сейчас приду в офис, выплачусь.

Подруга не могла усидеть на месте:

— Ну ты чего так долго!

Наташа, весёлая и пышная как булочка бриошь, как всегда что то жевала. Несметное количество фантиков от конфет поведало, что подруга волновалась за меня, заедая тревогу сладким.

— Говорят, очкастая тебя уволила?

— Ну да. — я разрыдалась, закрыла лицо руками.

— Вот ведь сука старая.

Наташка вывалила грудь на стол, уставилась в окно:

— Ничего, мать, держись. Я щас подумаю кому позвонить. Правда, перед майскими праздниками никто не возьмёт. В лучшем случае с июня. Там, кстати, люди по отпускам попрут, может и выгорит что.

Наташка полезла за очередным леденцом. Постучала по столу красным маникюром:

— А чего эта падла от тебя хотела. Что ей не понравилось?

— Я кофе у президента пила. — я сказала сама не зная зачем.

Наташа медленно перевела на меня взгляд.

— Чё?

— Меня Роман Александрович пригласил в свой кабинет и кофе угостил.

— Да ты что?! Класс. Не думаю, что очкастая мымра теперь тебя уволит.

— В пять велела зайти заявление написать и в бухгалтерию топать за расчётом. Уже уволила.

Мы с Наташкой мыли кости начальству, я периодически срывалась на слёзы. Успела пожаловаться, что собиралась Никитке куртку купить.

К пяти часам вечера, вымотав себе все нервы, пошла проведать Грымзу.

Наверное, я отхлебала всё дерьмо, на что способна была очкастая начальница.

Хуже не будет. Я даже перестала расстраиваться.

У неё на пороге я появилась без особых эмоций. Краем глаза заметила, что дверь в кабинет Романа не заперта.

— По непонятной мне причине Роман Александрович оставил за вами, Иванова, место. Свободны!

Грымза дурман травы в обеденный перерыв скушала, что ли. С чего это вдруг стала говорить мне "вы"? Я запуталась в своих отношениях с начальницей.

Грымза протянула мне папку с моими листиками.

Я подошла взять и буквально в сантиметре от моей руки Грымза выпускает папочку из рук и мои бумажки белыми лебедями со змеиным шелестом разлетаются по полу.

Золотые очёчки победно поблёскивали на хрящеватом носу. Грымза праздновала победу. Сейчас я буду ползать у неё в ногах, собирая якобы нечаянно разлетевшиеся листики.

Я наклонилась к лицу Грымзы и чётко сказала:

— Иди ты на хер!