Книга XXL-снегурочка для генерального, страница 24 – Рина Фиори

Сдаться?

Не знаю.

Ещё и Гриша только усугубляет ситуацию. Его руки с плеч медленно опускаются вниз, потом снова вверх. Пальцы щекочут шею, и мне вслух застонать хочется от его прикосновений.

Касается подбородка, вынуждает поднять голову, застывает, рассматривая мои губы. Я вижу желание в его глазах, и меня бросает в жар от осознания того, что такой мужчина меня хочет.

Это льстит, это сбивает с толку, это рушит выставленные границы и уводит с курса. Я чувствую, что только от одного его взгляда мои ноги становятся ватными, а что будет, если Земцов меня поцелует?

Умру, если не узнаю, поэтому позволяю мужчине сделать это. Позволяю Грише коснуться моих губ, отвечаю на поцелуй с жаром, чувствуя, как по венам кипящей лавой течёт желание.

Мысли начинают путаться, сердце ускоряется, кожа становится болезненно чувствительной.

Да гори оно всё синим пламенем, я так больше не могу!

Закидываю руки на плечи мужчины, ощупываю пальцами крепкие мышцы.

И это всё мне? Не могу поверить!

— Я не могу больше терпеть, — с рыком выдыхает Земцов и стягивает с меня верх.

С восхищением смотрит на грудь, будто никогда ничего подобного в жизни не видел.

— Ты шикарная. Богиня, — восторгается и снова принимается целовать.

Его умелые руки вытворяют такое, чего я даже представить не могла. И это только начало. Мне хочется смеяться и плакать одновременно от переполняющих душу эмоций.

Вот только предупредить Гришу о том, что это мой первый раз, не помешает.

Ещё бы поймать момент.

А Земцов в это время не тратит времени даром, и до меня только доходит, что он хочет прямо здесь, на кухне…

Но как, если я ещё ни разу?

Ему-то невдомёк, и кажется, что всё нормально, а мне вот нет.

— Гриш, подожди, — цепляюсь за ремень брюк, от которых мужчина собрался избавиться. — Я кое-что должна сказать…

— Потом, Васют, — покрывает моё лицо страстными поцелуями.

Какой же он нетерпеливый, мамочки!

Нет, целой я уже точно не останусь, главное, хотя бы, не слишком пострадать от его бешеного напора.

— Гриша, пожалуйста, — из груди вырывается полу-всхлип, полу-стон. — Это важно…

Он меня слышит вообще?

Ах, ну как противостоять такому…

Закусываю губу, сгорая от новых ощущений. Все мои планы и домыслы терпят крах, потому что мой вид в одном белье совершенно не смущает моего спортсмена. Он с восторгом рассматривает меня, восхищается формами и снова набрасывается, как оголодавший дикий зверь.

А мне его остановить надо, но как?

Тут только гром поможет. Или ещё лучше землетрясение, потому что обычными словами Земцова не проймёшь.

И словно по заказу раздаётся звонок в дверь.

— Давай не будем открывать, ты ведь никого не ждёшь, — Гриша не спрашивает — утверждает.

А я понимаю, что это мой шанс, поэтому выпаливаю как на духу:

— Гриш, мне надо признаться: это будет мой первый раз.

* * *

Дорогие, у меня новогодняя новиночка. Приглашаю!

БЫВШИЕ. СЕМЬЯ ДЛЯ ПАПЫ-МОРОЗА

ИСТОРИЯ ЗАВЕРШЕНА! ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!

— Скажите, а я у вас раньше не бывал в гостях? И эта шуба, я что, дедом Морозом вчера был на корпоративе?

— Эм, вы… вчера… — пытаюсь собраться с мыслями, отворачиваюсь к плите, делаю вид, что ищу что-то.

И совершенно упускаю момент, когда мы в кухне оказываемся с боссом не одни.

— Мама, у нас дед Молоз? — звонкий голос сынишки разносится по помещению.