Книга Перекрёсток, страница 67 – Анастасия Март

Я нервно ёрзаю на кожаном стуле, поглядывая то на Германа, то на переводчицу, а китайские коллеги из поднебесной объясняют, что ни о каком расторжение договора речи не идёт. Всего лишь задержка сроков из-за нехватки мощностей на производстве. Если сравнивать с полным прекращением сотрудничества — ерунда полнейшая.

— Господин Пэй Син просит вас задержаться на несколько дней, — мелодично произносит переводчица. — Он будет счастлив провести для вас экскурсию на производстве.

Я вопросительно смотрю на Германа, и тот наклоняется ко мне и тихо говорит:

— Надо оставаться, Артур. Наш отказ они расценят как оскорбление или неуважение. Скорее всего…

Мысленно соглашаюсь с ним. Ведь пара дней ведь не сделает погоды. Да и у меня нет причин не доверять Воронову, а он убедил меня, что всё хорошо.

Не было у меня причин не доверять ему…

И всё-таки. Противное чувство, когда что-то ноет под ложечкой, не даёт мне покоя. Поэтому вернувшись в Москву, я чуть ли не вприпрыжку бегу по зданию аэропорта к ожидающему меня автомобилю, мечтая поскорее оказаться дома. И лично убедиться, что поводов для беспокойства нет.

А дома меня поджидает сюрприз номер один.

В гостиной царит полумрак, разбавленный мерцанием свечей. Да не простых, а специальных ароматических. Илонка их из Парижа привезла, и каждая стоила, как крыло от Боинга. Неужто решила, что моё возвращение из командировки — отличный повод, чтобы их использовать?

— Есть кто? — повышаю голос, всматриваясь в гостиную.

И в этот же момент раздаются звуки восточной музыки.

Она спускается со второго этажа. Медленно двигается, демонстрируя свою соблазнительную походку от бедра. Блестящий лиф, полупрозрачная юбка, и бесчисленное количество каких-то цепочек и висюлек, которые звенят в такт её плавным движениям.

Илонка с её блондинистыми кудряшками и светлой кожей не очень-то похожа на восточную красавицу. Но выглядит она весьма эффектно. Экзотично.

И эротично.

Я мог объективно оценить её красоту. Ощутить физическое влечение. Но вместе с тем понимал, насколько же гигантская стена выросла между нами. Я не чувствовал к ней ничего. Ни симпатии, ни привязанности, ни любви. Всё, что мне надо было — удовлетворить сексуальные потребности.

Впрочем, Илона этого и добавилась. Она всегда это умела. Соблазнять. И сейчас бы с лёгкостью смогла, если бы Никитка её не помешал.

Он с опаской выглядывает со второго этажа, и, увидев меня, с радостным вскриком бежит навстречу. Кивнув жене, я отхожу от неё, чтобы подхватить сына на руки.

— Папа! Наконец-то ты вернулся!

— Соскучился? — треплю его по светлым волосам.

— Очень! Мне было грустно одному.

Одному? Осторожно опустив сына на пол, я внимательно всматриваюсь в его лицо и перевожу взгляд на Илону. Она не успевает отвернуться, и я замечаю, с какой злобой сверкают её зелёные глаза.

— Почему одному, Ник? А где девочки?

— Они уехали.

Сердце падает куда-то вниз от этих слов. Опускаюсь на корточки, чтобы установить с сыном зрительный контакт.

— Никит, куда уехали? С кем?

— По-моему, сейчас не лучшее время для выяснения… — Илонка пытается вклиниться между мной и Никитой. Но безуспешно.

— Ты помолчи, — рявкаю на неё да так, что она испуганно в сторону отскакивает. — Продолжай, Ник.

— Просто какие-то дяди приехали и увезли их. Мама с ними была. И всё.