Книга Живые! Помните погибших моряков! Книга 1, страница 187 – Виктор Блытов, Ольга Блытова

Спасать было некого, ибо на месте гибели не плавало не только ни одного живого человека, но и ни одного трупа. Объясняется это тем, что весь личный состав, кроме вахтенного отделения, в момент взрыва мины обедал во внутренних помещениях корабля и не успел выскочить на верхнюю палубу.

Один из первых русских офицеров-подводников В. А. Меркушов вспоминал: «Через полторы-две минуты дым приподнялся от воды, и на месте крейсера "Паллада" водоизмещением 7835 тонн, вооруженного двумя 8-дюймовыми, восемью 6-дюймовыми и двадцатью двумя 75-мм орудиями, плавали какие-то мелкие обломки, и не было видно ни одного человека…

Зрелище было настолько потрясающим, что офицеры и команда "Баяна", выскочившие на верхнюю палубу прямо из-за обеденных столов, как бы застыли на своих местах, причем судовой врач тут же впал в тихое помешательство (доктор был списан на берег и понемногу поправился).

Высота столба воды, пара и дыма, по определению с крейсера "Аврора", равнялась 3000 футов (914,4 м), вершина же его относилась ветром несколько в сторону, образуя гигантскую букву "Г". Дым продержался в воздухе около семи минут и был виден с разных судов и береговых постов на расстоянии до тридцати миль…»

Потопление броненосного крейсера «Паллада» было с восторгом встречено в Германии, было выпушено несколько гравюр в связи с этой победой немецкого оружия. Командир подводной лодки U-26капитан-лейтенант барон Эгельвольф фон Боркхейма стал героем Германии и был награжден кайзером орденом «Железного креста».

А вот свидетельство ревизора крейсера «Баян» лейтенанта Лемишевского, сменившегося в это время с вахты и спустившегося в каюту, чтобы переодеться: «Не успел я это сделать, как услышал звуки как бы от пистолетного выстрела. Надевая на ходу китель и бинокль, выскочил на верхнюю палубу. Передо мной стоял столб дыма бурого цвета, смешанного с паром. Когда дым приподнялся, на месте "Паллады" никого не оказалось. В этот момент "Баян" находился в 1-1,5 кабельтова от места гибели. В бинокль были видны летающие фуражки, бумажки и разная мелочь. Крейсер остановился и медленно двинулся назад…»

После того как к месту трагедии подошли миноносцы, начались поиски уцелевших членов экипажа «Паллады», но ни одного человека так и не было найдено… «Плавали только пробки от коек и спасательных поясов и какие-то деревянные части, разломанные на мельчайшие куски.

Из немецкого журнала материалы по гибели крейсера «Паллада»

(…) Спасать было некого, ибо на месте гибели не плавало не только ни одного живого человека, но и ни одного трупа. Объясняется это тем, что весь личный состав, кроме вахтенного отделения, в момент взрыва мины обедал во внутренних помещениях корабля и не успел выскочить на верхнюю палубу», – отмечал В. А. Меркушов.

Лишь 8/21 октября 1914 года в районе Ганге к берегу прибило тело старшего артиллерийского офицера «Паллады» лейтенанта Л. А. Гаврилова – это было единственное тело, выброшенное морем, из всего личного состава корабля в 598 человек…

Экипаж крейсера «Паллада» перед выходом в море

А вот как вспоминает о гибели броненосного крейсера «Паллада» непосредственный очевидец этой катастрофы старший офицер эсминца «Новик» Гарольд Карлович Граф в своей книге на «Новике»:

Утром нам пришлось опять продолжать охоту за подлодками. В море мы получили радио от начальника 1-й бригады крейсеров с приказанием идти конвоировать крейсера «Паллада» и «Баян», возвращавшиеся из дозора. Идя навстречу им, недалеко от Лапвика, мы встретили «Громобоя» (флаг начальника 1-й бригады крейсеров) и «Адмирала Макарова». С «Громобоя» нам стали семафорить текст уже принятого нами радио о конвоировании и этим нас сильно задержали. Отойдя, наконец, от «Громобоя», мы вскоре открыли на горизонте мачты и трубы «Паллады» и «Баяна», которые шли нам навстречу. Вдруг мы услышали сильный взрыв и увидели столб воды и дыма. Все на мостике так и впились в бинокли, силясь разглядеть, что произошло. К нашему ужасу, один из крейсеров исчез, а другой, увеличив ход, стал идти переменными курсами. Мы сейчас же дали самый полный ход и понеслись к нему. Одновременно пришло печальное радио, что неприятельская подлодка взорвала «Палладу».