Книга Живые! Помните погибших моряков! Книга 2, страница 142 – Ольга Блытова, Виктор Блытов

По единогласному показанию спасшихся, командир, капитан 1-го ранга, Прохоров проявил исключительное хладнокровие и своими умелыми распоряжениями достиг того, что при катастрофе не только не было паники, но даже и ни малейшего замешательства. Имея полную возможность лично спастись, герой-командир предпочёл разделить участь своего корабля и погиб вместе с ним, до последнего момента оставаясь на мостике, озабоченный только тем, чтобы обеспечить возможность спастись как можно большему числу своих подчинённых.

По показанию нижних чинов, которые находились на мостике, возле командира, последний всё время приободрял команду и сохранял порядок при оставлении судна людьми. Зная, что он лично останется и неминуемо погибнет, капитан 1-го ранга Прохоров, тем не менее всё время имел спокойный, бодрый и даже весёлый вид.

Бывший по обязанностям службы при командире мичман Вольбек не покинул его и добровольно погиб вместе со своим начальником.

Когда рулевой Мылов подбежал и предложил для спасения буёк лейтенанту Матусевичу, то последний, занятый спусканием шлюпок, сказал ему: "Спасибо, братец, оставь себе буёк и спасайся сам". После этого он до конца оставался на мостике, исполняя своё дело, и только когда на мостике стоять было уже нельзя, упал в воду и погиб.

Мы тонем, прощайте Анюта, я тебя люблю (в адрес дочери, ей было 4 года). Никто не прослезился с песней тонем. С нами Капитан! Россия! Матрос Долгов Яков Игнатьевич Симбирской губернии, Буинского уезда, Шемуршинской волости, село: Трехболтаево.

Все остальные офицеры, насколько могли, были заняты спасением людей и, очутившись в воде, ободряли их, пока, будучи контужены или ранены, не пошли ко дну.

Мичман Печаткин за несколько минут до того, как, обессилив, утонул, кричал плававшей рядом с ним команде: "Не падайте духом, ребята, наш "ОКУНЬ" отомстил за нас !"

Инженер-механик, капитан 2-го ранга Сачковский, держась на воде рядом с судовым врачом и лейтенантом Унтербергером, раненым и окровавленным, до самого того момента, когда оба они, выбившись из сил, пошли ко дну, старался подбодрить нижних чинов. Команда, сильная дух ом и вдохновлённая примером своих начальников, проявила полное спокойствие, мужество и образцовую дисциплину.

Тонущие, окоченевшие в ледяной воде люди перед лицом смерти нашли в себе силы прокричать "ура" в честь своего корабля в то мгновение, когда последний скрывался под поверхностью воды.

Гибель «Енисея» была замечена с пограничного поста Ристи. Отправив сообщение в Ревель, солдаты бросились к шлюпкам. До места катастрофы они и их товарищи с поста Неве (ныне – Ныва) добрались через час, когда холод и волнение уже сделали свое дело. Да и старые, нещадно текущие маленькие лодченки могли взять на борт лишь немногих.

В приказе по флоту и Морскому ведомству от июля 14 дня 1915 года, подписанном морским министром И. К. Григоровичем, были такие слова: «На всеподаннейшем моем докладе Государю Императору о выдающемся по доблести и самоотвержению, поведения личного состава заградителя "Енисей", выказанном при гибели упомянутого корабля, Его Императорскому Величеству благоугодно было начертать высокомилостивые слова: "Прочел с чувством гордости и умиления. Вечная слава геройски погибшим". Вместе с сим, в воспоминание славного подвига команды погибшего заградителя "Енисей", Государь Император Высочайше повелеть соизволил: сохранить спасенным с заградителя "Енисей" нижним чинам ношение на фуражках ленточек с надписью "Енисей" на все время нахождения на военной службе впредь до повышения их в те звания, для коих установлено ношение фуражек с козырьком».