Книга Сквозь пламя боли и свинца, страница 14 – Сергей Александрович Васильев

Из задумчивости Сашу вывело жалостливое собачье поскуливание, которое раздалось совсем рядом с ним. Такой, тихий, плачевный скулеж, словно от сильной боли. Парень быстро огляделся вокруг. В паре метров от себя заметил небольшого дворового кобелька черно-белой масти, с короткой гладкой шерстью. Его левый бок и часть хвоста были опалены, и шерсть в этих местах закрутилась коричневыми безобразными крючками. Пес был вымазан грязью и серой пылью, словно вылез из старого сырого подвала. Он поджимал заднюю окровавленную лапу, и смотрел на Александра темно-карими глазами, в которых плескались боль и отчаяние.

При виде этого пса, побитого жестокой войной, все мысли и мрачные картинки разом исчезли из головы парня. Ему, почему-то, так сильно стало жалко собаку, что аж болью заныло в сердце, а к горлу подкатился твердый ком. Он, будто на себе, почувствовал боль от глубокой рваной раны на лапе пса. Нужно было как-то помочь, этому несчастному животному, которое, в принципе, не перед кем ни в чем не виновато. Бедное беспородное существо, которое не может помочь, даже самому себе.

Саша протянул руку и поманил пса. Но, собака осталась стоять на месте, и только жалобно поскуливала, перебирая на месте тремя здоровыми лапами и трясясь всем телом, будто мелкая рябь на воде в ветреную погоду. Парень снова поманил его к себе и тихо сказал уставшим голосом:

— Иди ко мне. Не бойся. Ты, чего боишься? Все же хорошо.

Но, пес продолжал стоять на месте, и поджимать раненую лапу. Тогда, Саша встал и приблизился к нему. Кобелек, видя движения человека, в страхе, немного отпрыгнул и попытался отбежать от него, но покалеченная лапа пригвоздила пса на месте. Парень, немного наклонившись вперед, стал медленно подходить к раненой собаке, и снова вытянув руку, ласково проговорил:

— Тихо, тихо, не бойся. Я помогу тебе. Только ты стой и не убегай никуда. Ладно?

Пес, словно поняв его или почувствовав, чего от него хотят, стоял не двигаясь. Саша подошел к нему вплотную. Кобелек опять жалобно заскулил и обессилено рухнул на бок, прижав окровавленную лапу к животу. Пару раз стукнул крючковатым хвостом по пыльной земле, как бы давая понять, что рад этому человеку, и посмотрел прямо в глаза Александра. Парень присел на корточки рядом с собакой и глянул на рваную кровоточащую рану животного.

Внимательно осмотрел кобеля и почему-то, в этот момент, невольно сравнил себя с ним. А, ведь, он был таким же, как этот раненый, несчастный, обожженый пес… Они были чем-то похожи друг на друга. Только пес снаружи, а Саша внутри. Душа парня была такой же несчастной, обожженной, израненной… И оба, они служили, только каждый по-своему.

— Блин, как это тебя, братан, угораздило-то? Ну, ладно я, а тебя-то за что? – с сочувствием и сожалением в голосе произнес Саша, рассматривая рану на теле пса.

Собака жалобно и с надеждой смотрела в уставшие глаза парня и продолжала тихо скулить. Иногда, дергала раненой лапкой и часто дышала, видимо, от сильной боли. Саша нежно погладил ее по голове, слегка прикасаясь к пыльной шерсти грязной ладонью, и с лаской в голосе проговорил:

— Сейчас, сейчас, потерпи немного. Сначала, будет немного больно, но потом, станет полегче. Ты только потерпи, братан, – и опять нежно погладил раненую собаку.