Книга Таня, бандит тебе не няня!, страница 66 – Мира Цветова

— Красивым? — переспрашиваю, когда Таня в очередной раз мне про это напоминает. — Мне надо спеть? Или станцевать?

— Холосая идея, — кивает дочь с серьёзным видом, — но мама мозет не оценить… о будет классно, если я, наплимел, упаду свелху, ты луки плотянес, меня поймаес, а я с колобочкой с кольцом, тебе его пеледам, и ты на одно ковено встанес!

— Так, вот давай без акробатических номеров в этот раз, — тут же говорю, — я когда тебя в прошлый раз на строительных лесах ловил, у меня вся жизнь перед глазами пролетела! Не хочу такое ещё раз повторить!

— Но ведь ты зе меня поймал, пап.

— Поймал, да, но больше таких приключений не хочется, мне твоя жизнь и твоё здоровье дороже… так, мама сейчас придёт, ты готова?

— Ага, — кивает Таня, — я дазе Лызыка налядила, он соплотивлялся, но я сказала, сто это лади тебя.

Смотрю на кота, который заметно подрос за последний месяц.

С большим синим бантом на шее Рыжик смотрится комично.

И взгляд его буквально говорит: «за что мне это всё…»

— Терпи, рыжий, — улыбаюсь я, — скоро всё закончится.

Лиля должна вот-вот приехать с какой-то там бьюти-процедуры.

Я специально отправил её отдохнуть, чтобы украсить дом и сразу с порога сделать предложение.

А завтра утром мы все вместе отправляемся на море в долгожданный отпуск, который я обещал девочкам.

Если честно, то волнуюсь больше, чем на суде, когда выносили приговор Раженко и его подельникам.

Там всё закончилось хорошо, самого старика, Глушко и даже его непутёвую племянницу приговорили к большим срокам, а остатки бизнеса поделили между нами, другими боссами правления.

Раженко на суде нёс какую-то ерунду про то, что он не виноват, что его подставили детсадовские, но судья лишь сказал, что у старика, видимо, сдали нервы и удалил его из зала суда сразу в камеру.

Ну а мы праздновали большую победу!

Во-первых, избавили город от криминала.

Во-вторых, я, наконец, смог спокойно жить с девочками, не боясь, что кто-то попытается их снова похитить.

В-третьих, после заварушки в саду, детсадовские стали самой влиятельно группировкой в городе, мы даже на собрании, если что-то обсуждаем, шутим, что без детсадовских решение принимать нельзя.

Иначе, защекочут или защипают!

— Мама плиехала, — докладывает Таня, отбегая от окна. — Ты готов, пап? Всё сделаес класиво?

— Готов, — улыбаюсь, наверное, в десятый раз проверяя кольцо, — всё будет красиво, даже не сомневайся.

— А ты готов, Лызык? — спрашивает дочь у кота, который отчаянно пытается снять с шеи огромный бант.

Рыжик отвечает громким жалобным мяуканьем, но дочь расценивает это, как сигнал о согласии.

— Отлисьно, мама узе заходит!

Слышу неторопливые шаги, слышу, как ключ поворачивается в замке.

Не волнуйся ты так, Злобнев!

Всё будет хорошо!

В крайнем случае, детсадовские прикроют.

Лиля заходит в дом и замирает, увидев кота с бантиком.

— А кто Рыжика нарядил?

Потом Лиля замечает меня.

— Вик…

Гаснет свет, начинает играть приглушённая романтическая музыка.

Это, похоже, пошла от Тани импровизация.

— Лиля, — говорю, доставая коробочку с кольцом, — ты ведь знаешь о моих чувствах и… знаешь, что с годами они не ослабли, а стали только крепче. Я влюбился в тебя с первого взгляда, влюбился в твои глаза, твою улыбку и твой голос… влюбился в твою фигуру и в твой смех… в общем, влюбился по самые уши, и хочу, чтобы наша любовь перешла на новый уровень, хочу, чтобы мы стали настоящей семьёй, поэтому…