Книга Курортный роман с боссом, страница 43 – Ольга Висмут

Внутри нарастает тревога, но я стараюсь сохранять спокойствие.

— Мой рабочий день заканчивается ровно в шесть, — отвечаю таким же ровным тоном. — Так что в шесть ноль пять я уйду.

Коллеги замирают, глядя на меня.

Глаза начальницы округляются.

— Работы накопилось столько, что нужно все завершить сегодня. Ты же знаешь, как сильно будет недоволен Владислав Дмитриевич, если мы не успеем! Ты ведь понимаешь, что нам нужно соответствовать срокам? — её голос становится жёстким, и я чувствую, как внутри всё сжимается.

— Понимаю, но…

Она перебивает меня с самоуверенной улыбкой:

— Никаких "но", Катя. Ты должна решить, что важнее: твои дела или работа отдела?

— Я заканчиваю работу в шесть, — повторяю упрямо. — И никаких неоплаченных переработок больше с моей стороны не будет.

— Но Владислав Дмитриевич…

— Вот и скажите ему, что я не желаю работать без оплаты сверхурочных! — отвечаю я жестко.

Начальница раздувает щеки, как жаба, но молча отходит. А когда я ровно в шесть поднимаюсь с места и отключаю компьютер, она подлетает ко мне.

— Как же так. Ты не доделала!

— Завтра доделаю, — пожимаю плечами. — Надеюсь, за ночь никто не помрет и компания не развалится?

— Но ты не имеешь права…

— Нет, это вы не имеете права заставлять меня работать бесплатно. Или хотите обсудить, сколько мне полагается за переработки?

Вера с возмущением ловит ртом воздух, но не может найти нужных слов.

— Ладно, — едко цедит она наконец, — иди. Но я это припомню, когда Владислав Дмитриевич будет спрашивать, кому выдавать премии в моем отделе.

Все отводят взгляды. Никто не встает.

Я молча беру свою сумку, иду к дверям, оборачиваюсь на пороге и смотрю на начальницу.

— Хорошего вечера, — говорю ей с улыбкой.

А едва переступаю порог, как меня охватывает невероятное облегчение. Такое острое, что начинаю смеяться.

Как же все просто! Ну почему я не дала ей отпор в первый же день, как пришла на работу?!

Влад задерживается в Сорренто дольше, чем обещал. Но мы каждый день общаемся, и это поднимает мне настроение даже в самые ненастные дни.

Всю неделю ровно в шесть вечера я отключаю рабочий ноутбук и поднимаюсь из-за стола, с твердым намерением не задерживаться в офисе больше ни на секунду.

Вера Игнатьевна недовольна. В пятницу снова пытается надавить мне на совесть.

— Катерина! — она встает в проходе, не давая пройти к двери. — Ты всю неделю отдыхала! Из-за тебя твоим коллегам приходится работать в два раза больше! А зарплата у вас одинаковая! Тебе не стыдно?

Бросаю равнодушный взгляд на тех самых коллег, сжавшихся за своими столами. Потом пожимаю плечами:

— Вот именно, Вера Игнатьевна, вам не стыдно, что они работают в два раза больше, а зарплата у нас одинаковая?

— Да ты… ты!..

Дверь в кабинет распахивается, обрывая ее на полуслове.

Мое сердце начинает неистово биться. Глупая улыбка появляется на лице.

В кабинет входит Влад.

— Надеюсь, не помешал? — спрашивает он, окидывая взглядом меня, затем начальницу отдела.

Вера, как ни в чём не бывало, поправляет очки.

— Владислав Дмитриевич, — елейным голосом начинает она, — с приездом! А у нас тут работа кипит.

Лицо Влада становится строже, взгляд — холоднее.

— Насколько я знаю, рабочее время вашего отдела закончилось пять минут назад.

— Конечно-конечно, — юлит она, — просто сотрудники решили остаться, чтобы сделать побольше.