Книга Отец (не) моего ребенка, страница 50 – Ольга Висмут

Она смотрит на меня одновременно пристально, враждебно и неприязненно. Это такая жуткая смесь, от которой по спине пробирает озноб.

— Я была в кафе с подругой, – поясняю мирным тоном. – Это же не запрещено? Владимир приехал туда за мной и предложил подвести. А зачем – это вы у него спросите. Я чужие мысли читать не умею.

— Дерзишь? – хмыкает она и выгибает домиком идеальные брови на идеально гладком лбу. – Не рано ли начала? Забыла, что ты здесь никто?

Спокойно, Катя, спокойно. У нее просто ПМС. Или другой какой-то синдром, который заставляет с виду нормальную женщину истерить и стервозничать.

— Может, я и никто в этом доме, – легко соглашаюсь с ней, – но ношу вашего ребенка.

Она презрительно кривит губы, глядя на мой живот:

— Не бог весть какое достижение. На твоем месте могла быть любая. Постарше. Поопытнее.

Ах, вот что ее беспокоит. Эля переживает, что я слишком молода? Уж не ревнует ли она меня  к Владимиру?

Вспоминаю, как она смотрела на нас в окно. Надо же было Володе догнать меня на крыльце, взять за локоть и остановить – и все это у нее на глазах! Одни проблемы от этой семейки.

Но Эля права, я слишком глубоко увязла во всем этом, чтобы дерзить.

Тяжело выдыхаю:

— Простите. Мне нужны были деньги. И я очень благодарна вам и вашему мужу за эту возможность.

— Вот именно, – замечает Эля нравоучительным тоном и поднимается. – Знай свое место. И держись подальше от Владимира.

Я изумленно смотрю ей вслед.

От Владимира? А от Виктора, значит, держаться подальше не нужно? Странная постановка вопроса. Что-то она подозрительно сильно обеспокоена моими отношениями с ее деверем. Может, сама на него глаз положила?

Нет, глупость конечно…

У Эльвиры есть и муж, и любовник…

Зачем ей Владимир?

Эта мысль как назойливая муха не отпускает меня. А ночью мне снится Сергей. Точнее, я думаю что это Сергей. Он целует меня, ласкает, но все как в тумане. Я льну к нему всем телом, бессвязно шепчу его имя… Хочу почувствовать его руки и губы в самых сокровенных местах…

Мне так не хватает его…

Но вдруг туман отступает. Мужчина, которого я прижимаю к себе, поднимает голову – и крик замирает у меня на губах.

Это не Сережа.

Это Барковский!

У него на лице та самая маска, а сквозь ее прорези на меня насмешливо и колко смотрят синие глаза.

Просыпаюсь с нервно колотящимся сердцем. На экране смартфона – час ночи. Внутри разливается сосущее чувство неудовлетворенности и тоски. В горле пересохло и ужасно хочется пить.

Как назло в графине ни капли.

Пытаюсь успокоиться и снова уснуть, но с каждой минутой жажда только усиливается. Как и то чувство внутри меня.

Давно мне не снились подобные сны. Настолько яркие, откровенные, что не осознаешь, сон это или явь, пока не проснешься.

Вожусь в кровати какое-то время. Все, мочи нет. Поднимаюсь. Влезаю ногами в тапочки, накидываю на ночнушку халат.

Меня ведь не убьют, если я потихоньку схожу на кухню и наберу воды?

С этой мыслью, приободрившись, выползаю из комнаты. Шлепаю по коридору, прижимая к себе графин.

В доме царят тишина и полумрак. Правда, на стенах коридора тускло светят ночные бра. Так что я без приключений добираюсь до кухни, протягиваю руку, чтобы открыть дверь, слегка касаюсь ее и… замираю, услышав странные звуки.

Я здесь не одна?