Книга Твоя нелюбимая жена, страница 3 – Юлия Бонд

Уверенная, что всё получится, как задумала, я ускоряю шаг. Поравнявшись с чёрной иномаркой уже собираюсь пройти мимо, как со стороны водителя в машине открывается дверца и навстречу выходит Богдан. Дорогу мне преграждает, остановившись прямо напротив меня.

— Привет, – дружелюбно здоровается, а я на него даже взгляд не поднимаю.

Вместо ответа я просто киваю, шаг в сторону делаю, не теряя надежды поскорее сбежать, но Богдан перехватывает меня за запястье, вынуждая остановиться.

— Уль, да погоди. Куда ты бежишь?

— Отпусти мою руку, – цежу через зубы я и всё-таки исподлобья смотрю на Ольховского.

Задумчиво почесав свой затылок, Богдан ещё какое-то время раздумывает: разжать тиски на моём запястье или же нет. Очевидно, как только он это сделает я сразу же попытаюсь дать дёру.

— Нам нужно поговорить. Я специально приехал к тебе на работу.

— Вижу. Может, уже отпустишь мою руку? Мне больно.

Я соврала, но лишь отчасти. Физической боли своим прикосновением Богдан не причинил, что не скажешь о моральной. Её столько в душе скопилось, что она вот-вот выйдет наружу.

— Пожалуйста, не беги от меня. Это действительно очень важно. Речь пойдёт о ребёнке… – немного поколебавшись, он добавляет: – нашем с тобой ребёнка, Уля.

— Дядя сказал? – Богдан кивает, хоть я и без этого знаю ответ.

Почувствовав, как злость накатила удушливой волной, я сжимаю пальцы в кулаках. Взглядом мажу по Ольховскому, он выглядит так растерянно, что мне становится его жалко.

Ладно, я сяду в его машину, но лишь потому, что не хочу выяснять отношения перед воротами детского сада, где меня могут увидеть знакомые или коллеги.

Потянув дверцу авто на себя, я цежу через зубы:

— Я поговорю с тобой, но не здесь.

Сев в его авто, дожидаюсь, когда мы тронемся с места. Не знаю, куда собирается привезти нас Ольховский – мне уже всё равно. Этого разговора было не избежать, только я не думала, что Богдан приедет ко мне на работу.

Положив руки на руль, Богдан сосредоточенным взглядом смотрит перед собой. Напряжённый весь, будто жутко нервничает, отчего меня терзают сомнения: по своей ли воле он сейчас здесь, со мной.

Наверное, это дядя его заставил. Игорь Иванович, как узнал о моей беременности, так словно обезумел идеей поженить нас с Ольховским. Но я не хочу замуж за Богдана! Он меня нисколечко не любит. А жить под одной крышей с человеком, который тебя на дух не переносит – очень плохая идея, что станется с моей психикой?

Богдан привозит нас на набережную. Я даже немного радуюсь, что не в кафе. Вдруг он скажет мне что-то такое плохое, что заставит плакать, то я хоть не буду позориться при посторонних людях.

Я первой выхожу из машины, быстрым шагом двигаюсь к пешеходному мостику. Упёршись руками в перила, ненадолго закрываю глаза.

— Выходи за меня замуж, – говорит Богдан, остановившись за моей спиной.

Взяв меня за руку, Богдан кладёт мне ладонь приятную на ощупь коробочку и я открываю глаза. Кольцо? Дядя точно сошёл с ума. Даже не хочу представлять: какие методы он использовал, чтоб заставить Ольховского сделать мне предложение.

— Не выйду, – даже не взглянув на кольцо, я возвращаю коробку Ольховскому и руки на груди скрещиваю в знак своего протеста. – Я сейчас серьёзно, Богдан. Я. Не. Выйду. Замуж. За. Тебя.