Книга Плохиш для хорошей девочки, страница 85 – Алиса Селезнёва

— Готова? – Агата кивнула. Данил обнял её, вытянул другую руку вперёд, нажал на кнопку камеры и сделал шесть селфи.

— Вот эту, – тщательно рассмотрев все, выбрала Агата. Данил поставил фотографию на аватарку. Через две секунды та опубликовалась на его стене.

— Довольна?

— Очень. – Она чмокнула его в щёку и сделала репост к себе на страницу. – На следующей неделе я выпрошу у мамы тушь, надену платье, и мы сфотографируемся снова.

Данил издал полустон-полувздох и закатил глаза.

— Ладно. Раз надо, значит, сфоткаемся ещё раз.

Агата улыбнулась ему самой счастливой и самой широкой улыбкой, на которую только была способна. Ссора умерла в зародыше. И Агата жалела только об одном, что когда-то заставила Данила удалить фотографию, на которой она стояла возле персикового дерева в ярко-зелёном купальнике. Тогда этот снимок показался ей слишком откровенным и личным, сейчас же она думала по-другому. Он мог бы превосходно украсить «стену» Данила.

Следующие шесть часов прошли без потрясений, а к полуночи число «лайков» на новой аватарке Данила перевалило за три сотни.

Ко дню рождения Данила Агата готовилась основательно. Перерыла кучу статей в интернете и пролистала все имеющиеся в доме глянцевые издания. Не помогло ничего. Идея подарка в её голову пришла спонтанно, как раз в тот момент, когда Аля доставала из духовки свой коронный смородиновый пирог. Агата задумала испечь Дане торт. Сама. И не какую-нибудь там «Шарлотку», а его любимую «Старую Прагу».

Двадцать седьмое декабря прошло в заботах и беготне. Под чутким руководством Алевтины Михайловны Агата завела тесто, сделала крем, глазурь и сироп. Бисквит получился, на удивление, высоким и пышным, и Агата бережно разделила его на три части. С украшением и пропиткой пришлось повозиться. Вместо заявленных трёх часов младшая Наумоваа потратила все четыре, но в целом результатами своих мучений осталась довольна. Торт вышел немного кособоким, будто подвыпившим, но выглядел более, чем прилично. За крем и надпись «Любимому на день рождения» Аля поставила воспитаннице твёрдую пятёрку.

Ночь на двадцать восьмое декабря Наумовская «Старая Прага» провела в холодильнике. Сама Агата с трудом доспала до семи, а затем, вскочив с кровати, долго накручивала на плойку волосы. Тушь Анна Георгиевна ей так и не купила, но пообещала подарить на Новый год. От скандала Агата удержалась, однако слова матери взяла на заметку и к туши попросила до кучи ещё и новое платье. Фиолетовое, из тонкого трикотажа и обтягивающее фигуру. Агата нашла его в интернет-магазине и просто с ума сходила, как хотела купить. Правда, сегодня она решила Данила платьем не баловать и ограничилась белой кашемировой водолазкой и красной клетчатой юбкой в складочку.

Анна Георгиевна застала дочь на кухне в начале девятого. Та любовно упаковывала торт в специальную коробочку из картона. Аля стояла рядом и теребила в руках узкую белую ленту. Доставать свечи из фабричной упаковки Агата не стала. Она собиралась украсить ими торт не раньше, чем окажется в квартире Никифоровых.

— Слышали про Алёну Аркадьевну? – Анна Георгиевна села на выдвинутый стул и налила полный стакан апельсинового сока. Агата повернулась к матери исключительно из вежливости. Она слишком боялась вляпаться в крем по краям торта.