Книга Бамбалейло!, страница 62 – Галина Шатен

— Ну, я свою пока не продаю, — веду плечом.

Митя встаёт и подходит ко мне. Лениво, не спеша. Выключает кран, заставляя на него обернуться. И от этого взгляда меня обдаёт жаркая волна.

— Руки на стол, — говорит негромко, но твёрдо.

— Что? — хмурю брови и перевожу взгляд на столешницу и обратно.

— Без вопросов, — перемещает меня от раковины чуть в сторону. Он что, серьёзно? А у самой мурашки бегут.

— Что ты… — оборачиваюсь, но его палец на моих губах заставляет смолкнуть.

Он подходит ближе, и воздух будто становится плотнее. От его дыхания по коже бегут мурашки.

— Руки на стол, — повторяет он мягко, но в этом голосе нет ни тени шутки.

Я вздыхаю, но подчиняюсь. Ладони ложатся на прохладную столешницу, и в тот же миг чувствую его за спиной — совсем близко. Настолько, что между нами не остаётся ни воздуха, ни мыслей.

— Вот так, — шепчет, и этот шёпот скользит по моему затылку, как тёплый ветер. Его шумный вдох отзывается во мне. Его горячие губы касаются моей кожи, заставляя всю покрыться мурашками. Второй раз за вечер, серьёзно? У меня такое было… никогда.

— Ох, — выдыхаю, когда его руки касаются моего живота под футболкой.

Сердце колотится так, будто хочет вырваться наружу.

— Мить… — зову тихо, не узнавая свой голос.

— Ш-ш-ш, — осторожно отодвигает прядь волос с моего плеча, кончики пальцев едва касаются кожи. Его тело прижимается ко мне. Чувствую его эрекцию на себе — и это немыслимым образом дико возбуждает.

Мир будто замирает — всё внимание сосредоточено только на этом движении. Его ладони тёплые, уверенные, но в них нет грубости. Только желание запомнить, почувствовать, прожить. Чувствую, как его дыхание касается шеи. Едва уловимое — но от этого тоже по спине пробегает волна жара.

— Не шевелись, — приказывает он и стягивает мои штаны сразу вместе с бельём. Его рука на животе надавливает и слегка отодвигает от столешницы, показывает, чтоб прогнула поясницу — тоже без слов, рукой.

Он садится на корточки — судя по дыханию, у меня там.

— Какая ты красивая… везде…

А я дрожу от каждого касания воздуха. И вздрагиваю от его ласки. Но, о боги, как он умеет обращаться своим языком, — это просто фантастика. Мои ноги становятся ватными и подгибаются.

— Ми-тя… — сжимаю сильнее край столешницы. Затем слышу характерное «вжу-ух» и стук ремня о пол.

Во мне он ощущается по-другому, но чувство наполненности и дикого восторга никуда не уходят. Его твёрдые бёдра двигаются резко. Его дыхание учащается. А рука сжимает мою талию. И это трение двух тел, его ритм — всё просто сводит с ума. На какое-то мгновение кажется, что время остановилось. Только он и я. И это странное чувство, в котором смешались страх, нежность и что-то большее. То, о чём мне не хочется думать. То, что не хочу впускать. Но с искрами салютов оно будто открывает дверь с ноги и остаётся.

Митя утыкается в моё плечо и целует его.

— Ты обалденная, Оксана. Во всём и везде.

Он касается моей щеки кончиками пальцев — осторожно, словно боится, что я исчезну. А я стою на кухне со спущенными штанами — с шикарным мужчиной за спиной. И впервые за долгое время чувствую себя просто счастливой.

Медленно застёгиваю пуговицы на блузке и внимательно вглядываюсь в зеркало. Чуть отхожу в сторону и невольно улыбаюсь. Вот что делает хороший секс с отличным мужчиной с не менее хорошей женщиной: она начинает сиять. Обалдеть просто. Это можно смело назвать трёхдневным марафоном. У меня тело никогда в жизни не болело от сего деяния. Но сейчас, мать моя женщина, какая это приятная боль. Митя — просто ненасытный любовник.