Книга Вторая жена. Ты выбрал не нас, страница 45 – Оксана Барских

Не получив когда-то моего отца, хотела хотя бы так отомстить моей матери, но ничего не вышло.

И сейчас я отцу за это решение даже благодарна, но вот не обольщаюсь насчет того, что он меня поддержит, когда узнает, что я хочу получить развод.

— Почему я узнаю об этом последним?! – рычит отец, когда до него доходит, что сказала мама.

Она бледнеет, ее губы дрожат, а на глаза наворачиваются слезы. Руки прижимает к груди, и даже отсюда видно, как они трясутся. Я же понимаю, что мама отличная актриса, которая умело играет на отцовских чувствах. Хотя в детстве мне казалось, что это он был тем, кто расстраивал ее. Надо же, как всё иначе смотрится в разном возрасте под другим углом.

— Не увиливай от ответа, Бану, я тебя знаю больше сорока лет, так что твои липовые слезы на этот раз не подействует. Ты луна моего сердца, но сейчас ты перегибаешь, пытаясь скрыть от меня правду. Говори!

Я вздрагиваю от отцовского крика, в то время мама наоборот успокаивается и выпрямляется. На ее лице жесткое выражение – губы сжаты в тонкую линию, глаза мечут молнии.

— А не поздно ли ты спохватился, Хамит, интересоваться жизнью наших детей? Ну взял Саид в жены вторую, не всё ли равно? Он ей отдельный дом купил, всё честь по чести, как по шариату заведено. Тебе какое дело до него? Он тебе не сын, чтобы перед тобой отчитываться.

Мама спускается вниз, но к отцу не подходит, а я даже вмешаться не могу, настолько она меня неприятно удивляет. Говорит так, будто находится на стороне Саида, чего я никак не могу понять и принять.

Становится неуютно, но я прислоняюсь к стене и продолжаю смотреть, надеясь, что это неправда, и мама просто неправильно выразилась.

— Ты что такое говоришь, Бану? – говорит отец, злится на жену. – Не всё ли равно? Может, и мне тогда привести в дом вторую жену, ты также отреагируешь? Хочешь побывать в шкуре нашей дочери? О ней ты вообще хоть когда-нибудь думаешь?!

Отец впервые заступается за меня. Конечно, мама никогда меня не била, но моим воспитанием всегда занималась именно она. Не отцовское это дело, любила она приговаривать, и папа не возражал, все силы кидая на сыновей.

— Ты не посмеешь! – шипит мама и сжимает кулаки. Ее лицо становится таким бледным, что на нем яркими пятнами выделяются только горящие злобой глаза. Никогда еще я не видела ее такой пугающей.

— По шариату ведь заведено, – ухмыляется отец, в этот раз не поддаваясь на манипуляции жены.

Никогда не думала, что он всё видит и понимает. А теперь осознаю, что просто хотел мира в семье и шел у матери на поводу. Но всякому терпению приходит конец.

— Не сравнивай нас, Хамит! Ты даже не знаешь, что твоя дочурка удумала! Знал бы, так не говорил бы! – возмущается мама и вскидывает голову. Хочет что-то еще сказать, но прикусывает язык.

Отец устало вздыхает, потирая переносицу, у него явно болит голова от визгов жены, и я его понимаю. Я не выспалась, а теперь вынуждена снова слушать, какая я плохая дочь и жена.

— О чем говорит твоя мать, Дилара? Сядь, дочка, и расскажи мне, что происходит. У вас в доме правда нет электричества или ты что-то скрываешь? Саид бьет тебя?

Отец встает напротив, когда я сажусь, нависает надо мной, но за руки не хватает, хотя явно хочет поскорее увидеть их, чтобы разглядеть синяки. Но их нет, так как муж меня никогда не бил.