Книга Любовница моего мужа, страница 83 – Оксана Барских

— Мог бы и одеться для приличия, — буркнула, делая поспешный глоток стоявшей на столы бутилированной воды. Скрывала за псевдогневом чувство неловкости за реакцию своего организма на чужое обнаженное тело. И не просто тело, а мужское. Рельефное, гладкое, к которому так и тянуло прикоснуться пальчиками. Проверить, такой ли он твердый на ощупь, как на взгляд.

— Я привык спать голым, Надюш, люблю, чтобы тело дышало, знаешь ли. В общем, я в постель, а ты присоединяйся, как будешь готова.

На этой ноте Архипов снял полотенце и кинул его на тумбу, расправил кровать и как ни в чем не бывало скользнул под одеяло.

Совершенно голый!

Даже без трусов!

И нечего думать об этих накачанных ягодицах, Надя! Ты всё еще замужняя дама! Мысленно кричала у себе в голове Гдальская, а сама нет-нет бросала торопливые взгляды на Мишу, который прикрыл себя ниже бедер, оставив обнаженным торс, запрокинул одну руку за голову, подложив ее под затылок, отчего бицепсы стали еще рельефнее и соблазнительнее. Вторая же рука покоилась на животе, аккурат над пупком, привлекая внимание к жесткой поросли волос, уходившей прямо под простынку.

Пока она пялилась, не имея сил отвернуться и пользуясь тем, что глаза у друга закрыты, он в этот момент убрал с торса расслабленную ладонь и похлопала около себя, по второй половине ставшей вдруг крохотной из-за его габаритного тела кровати.

— Идем спать, Надюш, завтра тяжелый рабочий день.

— Я… Я… — в горле у женщины пересохло, она его промочила и продолжила сиплым голосом: — Я в душ, позже вернусь.

Надя сбежала в ванную комнату и быстро залезла под прохладные струи воды, пытаясь себя таким образом успокоить. Даже не знала, почему терпела подобное отношение Архипова. Будь на его месте кто другой, она бы ни за что не поселилась с ним в одном номере, а уж тем более, не позволила бы какому-то мужлану спать с собой в одной кровати. Еще и голым! Какое бесстыдство! Даже Леша себе такого не позволял, всегда надевал шелковые пижамы, которые она ему покупала.

При воспоминаниях о былом у Нади защемило в груди, защипали глаза, и она зажмурилась, прокручивая кран и делая воду более горячей. Казалось, что влага смывала всю ее боль, невзгоды и горечь, осевшую не только на языке, но и за ребрами, в самой сердцевине ее тела.

Надя старалась отгонять все горестные мысли куда подальше, так как не была уверена, что выстоит, если начнет копаться в прошлом.

Помывшись, Надя больше не могла оставаться в ванной. В конце концов, она взрослая женщина, и глупо с ее стороны чего-то стесняться. Она ведь уже почти разведенка. Нервно хихикнула, выжимая волосы. Единственное, чего удалось избежать из-за этого брака, так это звания “разведенка с прицепом”. Тоскливо вздохнула, ведь она бы с удовольствием обрела бы это грубое прозвище, которым окрестили женщин мужики, не желавшие брать на себя ответственность не только за женщину, но и за ее ребенка.

А вот Миша бы не отказался, вдруг мелькнула у Нади крамольная мысль в голове, и она шикнула на себя, понимая, насколько кощунственно так думать.

И только ступив голыми ступнями на кафель, Гдальская осознала, что впопыхах вещей-то с собой не захватила. Поскольку выбора не было, пришлось обмотаться коротеньким полотенцем и осторожно выходить из ванной.