Книга Разведенка. Беременна в 46, страница 62 – Оксана Барских

Я немного напряжена, чувствую, что мужчина хочет обсудить явно не рабочие вопросы, а личные, а с последними у меня связаны не самые приятные эмоции. Мы не обсуждали с ним мой развод и измену Влада с его племянницей, но я знала, что рано или поздно этот разговор должен был состояться. И лучше сейчас, чем потом, когда я накручу себя куда сильнее.

— Вы знаете, у меня есть правило, которому я следую неукоснительно все эти годы. Никогда не смешивать рабочее и личное. И до недавнего времени мне успешно удавалось следовать своим принципам.

Тихон Авдеевич временно замолкает, когда официант ставит перед нами чайник и две чашки, и у меня есть время подумать, к чему он ведет. Я едва сдерживаюсь, чтобы не усмехнуться, так что опускаю голову и прикусываю губу.

Кидаю взгляд на вход, раздумывая о том, что внизу сейчас сидит его любовница Ольга, которая как раз работает с нами в одной организации, так что его слова о принципах звучат по меньшей мере странно. Но я молчу, не собираясь уличать его во лжи, хотя немного становится неприятно.

— Но я уже слишком сильно увяз в нашей общей проблеме. Влад – ваш муж, а Марьяна – моя племянница. Как бы мы оба того не хотели, а закрыть на это глаза ни у кого из нас не получится.

По лицу видно, что Пахомову это всё равно не нравится, но он вынужден поднять важную для нас обоих тему. С одной стороны, я его понимаю, так как его душа болит за родную кровь, а с другой, мне категорически не по душе, что моя личная жизнь так плотно переплетается с работой, где я всегда чувствовала себя, как рыба в воде.

— К чему вы ведете, Тихон Авдеевич? – спрашиваю я, не выдержав длительной паузы. – Давайте без длинных предисловий, я сейчас не в том положении, чтобы так нервничать и ждать, чего вы хотите. Я понимаю, конечно, что Анна наверняка просила вас, чтобы вы уволили меня из-за того, что я открыла им с Марком глаза на порочность их дочери, но знайте, увольняться я не собираюсь. Я не просто так занимаю свое место и знаю свои права.

Я стараюсь говорить уверенно, но знаю, как всё может обстоять на самом деле. При желании, меня легко выдавить с моего места. Крыши у меня нет, заступиться за меня некому. Пусть у меня и есть друзья, но про связи Пахомова я, как и другие, наслышана прекрасно, так что не обольщаюсь и знаю, что, вздумай он меня по-настоящему убрать, сделал бы это с легкостью. Вот только что-то мне подсказывает, что он не такой человек, чтобы ради прихоти родственницы убирать хорошего специалиста с пути.

— Анну вы хорошо знаете, – слегка дергает губой Тихон и рассматривает меня с интересом.

— Мы знакомы много лет, даже дружили. Как мать, я ее понимаю. Будь я на ее месте, даже не знаю, как бы себя повела. Не каждый день узнаешь, что твоя дочь встречается с женатым мужчиной, который к тому же старше их с Марком.

В какой-то степени, если абстрагироваться от всей этой ситуации, то мне Аню жаль, как женщину. Я даже вздыхаю, подумав вдруг о том, что была когда-то в схожем положении.

— У вас вроде у самой двое детей, верно?

— Да, дочка и сын. Дочка…

Я замолкаю на несколько секунд и вздыхаю, но решаю продолжить, раз уж начала. Отчего-то с Тихоном я открываюсь, списываю это на то, что он единственный, кто из посторонних знает о том, через что я сейчас прохожу.