Книга Разведенка. Беременна в 46, страница 72 – Оксана Барских

Становится горько и неприятно от того, что я, выходит, совершенно не знала ее, как человека, но в этот момент у меня кружится голова, и я прислоняюсь туловищем к стене, чтобы не упасть на пол. Прикрываю глаза, особо не вслушиваясь в перепалку, а затем вдруг чувствую, как кто-то берет меня на руки, слегка подбрасывая вверх.

— Что ты за балаган тут устроила, Аня?!

Знакомый рык. Кажется, это голос Тихона.

— Тихон Авдеевич, – уважительно здоровается с ним Леня Винокуров.

Он, конечно, не работал под его руководством у нас, так как Пахомов только недавно стал нашим прокурором, но город у нас хоть и большой, а структуры тесные. Многие нет-нет да пересекались друг с другом в той или иной области.

— Так ты знаешь моего брата? Тем лучше, поменьше пустословить будешь и знать свое место, – надменно хмыкает Аня и явно задирает подбородок. Пусть я никогда и не видела ее грубой с людьми, но во взгляде всегда читалось превосходство. Я старалась не обращать на это внимания, так как на нашем общении это никак не сказывалось, а за последние недели мне буквально открывается истина. Неужели я стала, как Влад? Окружила себя лицемерными людьми и стала такой же?

— Анна! Следи за своим языком! – рыкнул Тихон, явно недовольный ее тоном, а затем перехватил меня поудобнее, направляясь в сторону палаты.

— Не… – сиплю я, так как не хочу снова оказаться взаперти, откуда нет выхода.

— Вызовите быстро врача, а потом разбираться будем. Варь, ты меня слышишь?

Его тон, когда он обращается ко мне, меняется и теряет гневные интонации, и я слегка успокаиваюсь.

Не знаю, как Тихону это удается, но после его появления наступает долгожданная тишина. Я всё это время прижимаю одну ладонь к животу, чтобы ощущать своего малыша. Это как желание держать руку на пульсе. Ты веришь, что если будешь всё контролировать, то ничего плохого не случится.

В голове проясняется еще до прихода врача. В животе слегка урчит, и я понимаю, что ослабела из-за голода, вот только особо его не ощущала. Слишком нервничала из-за произошедшего и боялась за ребенка. Слышала ведь разговор Ани и Марка, так что знаю, что мне готовят операционную и ждут врача.

— Не уходи, – шепчу я Тихону и хватаю его за руку, когда он кладет меня на кровать и уже хочет снова вернуться в коридор, чтобы разобраться с родственниками и полицией.

В этот момент вдруг четко понимаю, что мои страхи были всего лишь страхами и ничем больше. Пусть я знаю Тихона недолго, но уверена, что он не станет идти на преступление и покрывать родственника, если тот замарал руки в крови.

— Я буду тут, Варя.

Пахомов кивает и садится на стул, оглядываясь в сторону коридора, откуда уже слышится приближение нескольких врачей. От звуков их шагов мне становится тревожно, когда я понимаю, что они торопятся.

Когда в палату входят двое врачей и медсестра, на их лицах мрачное выражение, отчего я нервничаю сильнее и пытаюсь подняться, не желая лежать, но вскоре мои тревоги развеиваются.

— С плодом всё в порядке, Варвара Леонидовна, но вам стоит остаться в больнице для наблюдения, – выдает вердикт главврач, неожиданно оказавшийся в этой тройке. Он заходит последним и закрывает дверь, отрезая обзор чете Алёхиных, которые явно не прочь подслушать, о чем пойдет речь.

За дверью сначала раздаются крики, а затем они стихают. Судя по всему, полицейские увели Анну и Марка подальше, чтобы не грели уши.