Книга Цена развода. Я не отдам вам сына, страница 59 – Оксана Барских

Я спрашиваю у домработницы, где скотч, а затем склеиваю снимок в ванной, чтобы никто не видел меня. После же, казалось, целую вечность смотрю на снимок, еле сдерживая слезы. Но в этот раз дело не в том, что сделала Есения Андреевна, а в том, что я осознаю, наконец, реальность.

Чувства, которые должны были давно умереть, снова начинают пробуждаться.

Несмотря на попытки Гордея убедить меня остаться у него, я настаиваю на своем, и на следующий день мы с сыном покидаем его квартиру и возвращаемся к себе. Поначалу Дима капризничает, так как привык часто проводить время со своим отцом, но со временем привыкает, увидев, что я своего решения менять не собираюсь и никак не реагирую на его просьбы и слезы.

Конечно, у меня сердце болит при виде того, как он печалится, но вместе с тем я осознаю, что давать слабину нельзя, иначе он в будущем будет вертеть мной с помощью подобных эмоций. Мне нужно проявлять твердость, чтобы с моим мнением считались.

Спустя несколько недель я всё еще чувствую гнев на бывшую свекровь, но стараюсь этого внешне не показывать, чтобы не упиваться этим чувством. Несмотря на то, что Гордей поставил ей ультиматум, она мне не звонит и не приходит ко мне, чтобы извиниться за содеянное.

Впрочем, даже если бы это произошло, я не уверена, что могла бы ее простить. Не после того, как она порвала снимок УЗИ, который так много для меня значил. Конечно, я понимаю, что это всего лишь бумажка, но она значит для меня слишком много.

Она символ того, за что мне в этой жизни стоит бороться и для чего жить. И пусть Дима и есть живое воплощение этого, это не отменяет того факта, что этот клочок бумаги мне важен.

Мне удается его склеить с помощью скотча, и я снова ношу его в своей сумочке, но в этот раз кладу его во внутренний карман и закрываю его каждый раз, когда выхожу на улицу. Конечно, мне бы стоило оставлять его дома, но за последние годы это стало традицией, от которой я не желаю отказываться.

К счастью, Гордей никак не показывает, что между нами что-то изменилось, и не напоминает мне о том поцелуе, моменте моей слабости, и это облегчает мою жизнь. Он никак не дает понять, что между нами вообще что-то было, и постепенно это меня успокаивает, позволяя жить дальше и не думать о прошлом.

Он по-прежнему забирает Диму на выходные, гуляет с ним, возвращает его обратно к вечеру, периодически забирает его и из детского сада, когда я задерживаюсь на работе допоздна. Отцом он является образцовым, поэтому с этой стороны у меня претензий к нему нет.

Я же, наконец, выхожу на такой доход, что могу нанять помощницу, чем занимаюсь последнюю неделю, чтобы выкроить себе свободное время и наконец заняться чем-то помимо работы. Я даже подумываю о танцах, чтобы сбросить напряжение, скопившееся в моем теле.

Через неделю поисков мне удается найти выпускницу кулинарного техникума, которая специализируется на выпечке. Она довольно сообразительная, так что проблем с обучением у меня не возникает, и я чувствую, что жизнь наконец начинает налаживаться.

Вот только я забываю о том, что это я живу дальше, а некоторые до сих пор помнят обо мне. Так что в один из дней, когда я отпускаю помощницу домой, вдруг звучит дверной колокольчик.

— Прошу прощения, но мы уже закрыты. Приходите завтра, — говорю я, поднимая голову, а затем замираю, видя перед собой знакомое лицо.