Книга Мама для двойняшек. (не)случайная ошибка, страница 16 – Оксана Барских, Кира Вербицкая

— Не вернется. Не ее это ребенок, в ЭКО-центре там что-то перепутали, так что если я стану отличной мамой его дочери, то никуда он не денется. Негоже мужику девочку воспитывать.

— Двух девочек, – говорит сотрудница Света. – Анька из СБ мне тут по секрету шепнула, что Юдин наш нашел ту суррогатную мать и вторую дочку. Так что вакансия мамы закрыта, Люся.

— А то ты не знаешь, какой Юдин у нас принципиальный мужик. Не позволит он детей воспитывать женщине, которая детей за деньги продает. Не такой он, понимаешь?

В этот момент двери лифта открываются на восьмом этаже, они выходят, и их дальнейший разговор я не слышу. Но и этого мне хватает, чтобы еще больше накрутить себя.

Впрочем, как только лифт приезжает на шестнадцатый этаж, где и назначена встреча, снова внимание привлекают звуки возмущений Антона, который еще не понял, что они не возымеют действие.

Его не сразу заталкивают в конференц-зал, где уже сидят пятеро серьезных мужчин с кейсами и ворохом бумаг на длинном столе. Самого же Юдина не видно, и я лишь с облегчением выдыхаю, так как мне отчаянно нужна передышка, хоть я и понимаю, что она ничего не решит. Рано или поздно разговор между всеми нами так и так должен состояться.

У меня дрожат руки, но я успокаиваю себя тем, что отец пообещал поднять все свои связи, чтобы найти мне лучшего адвоката, а сегодня я просто разузнаю позицию Юдина.

Антона, наконец, насилу усаживают и отходят, всем видом показывая ему, что лучше не рыпаться и не принимать попытки к побегу. Колобков тут же с прищуром приглядывается к окнам, но не настолько глуп, чтобы прыгать с шестнадцатого этажа.

Успокоившись, он замечает меня и оскаливается, находя во мне жертву, на кого спустить всех собак.

— Хорошо, что ты тоже пришла, Лера. Это ведь ты заварила всю эту кашу, а меня решила крайним сделать? Не выйдет! Я никаких бумаг не подписывал и никакие махинации не проводил, так что я здесь по ошибке, слышите! – обращается в конце он уже к мужчинам напротив, которые ни слова не произнесли с момента нашего появления, продолжали тихо переговариваться между собой.

— Ты выглядишь и ведешь себя жалко, Антон. И не стыдно тебе обвинять меня, когда сам обманул и скрыл от меня моего ребенка, – шиплю я будущему бывшему мужу, не сумев сдержать гнев в себе.

— Докажи это еще, – фыркает он и с наглым видом опирается о спинку стула. – Не переживай, один разок, так и быть, передачку тебе в тюрьму сделаю. Хотя тебя не посадят сразу, ты же кормящая мать. Впрочем, не переживай, ребенка-то Юдин своего заберет, так что все-таки отсидеть, как и следует всякой преступнице, всё же придется.

В этот момент открываются двери в конференц-зал, и внутрь входит Юдин собственной персоной. За ним же с папками в руках семенит помощница в очках.

— Переживать в этой комнате нужно как раз вам, Антон. Всё, что нужно, я уже услышал, а теперь помолчите, будут говорить мои юристы, – звучит вдруг холодный голос местного генерального, и вскоре он садится во главе стола. – Алевтина Павловна, будьте добры, мне кофе, а девушке белый чай.

— А мне черный чай с двумя ложками сахара, – вальяжно пытается командовать Антон, крутя палец вокруг своей оси и намекая, чтобы секретарша двигалась быстрее. Но она еле заметно усмехается, поправляет очки и игнорирует его.