Книга Предатель. Я к тебе не вернусь!, страница 23 – Кира Вербицкая

Её тоже от меня тошнит, невероятно.

Мы оба хотим накинуться друг на друга и повырывать все волосы. Без сомнений.

Но она кувыркается с моим мужем и уже стоит в моей бывшей квартире, а я ей что сделала? Долго не отдавала Марата? Сколько они уже вместе?! Не верю, что один раз. Она тут. В моём любовном гнёздышке! В моём когда-то безопасном месте!

— Это ты что тут забыла, кобыла? — она не Беркутов. Плакать при ней я не собираюсь. Ему я не соперник. Перед ним я слабая женщина. Но не с ней.

Мы наравне. Нет. Я лучше!

То, что мой муж ушёл к ней, ничего обо мне не значит! Значит только то, что мой муж козлина. Арина права.

— За языком следи. Сама кобыла. Я теперь живу с Маратиком. — она надменно усмехается и скрещивает руки на груди. Её глаза блестят восторгом от своих слов.

Маратиком… как же отстойно звучит. Ему никогда не нравилось подобное. Он любил быть моим тигром, моим тигрёнком, моим сильным, но ласковым зверем. А это звучит просто смешно.

Хотя, видимо, он врал мне абсолютно во всём. Раз по итогу он выбрал ту, кто выглядит вот так и называет его так.

Нелепо.

— Живёшь с ним? С какой стати? Так ртом хорошо работаешь? Опыта много, да? — делаю шаг внутрь квартиры и дверь громко захлопывается за мной. Я не уйду, пока не соберу все свои вещи.

Если Анжелу это не устроит, я вышвырну её из окна.

А её не устраивает. Ей не нравится. Пигалица мгновенно вскипает от моих слов, а я усмехаюсь, как она делала это всего мгновение назад.

Хочу уже схватить её за руку и просто вытолкнуть из квартиры, чтобы не мешала мне собираться своим присутствием, как она резко делает шаг назад и рявкает, как шавка.

— Не смей! — она сжимает свои куриные лапы в кулаки, так смешно, но с воинственной моськой. Серьёзно? — Все нормальные мужчины любят горячих, опытных женщин. А не страшных брёвен.

Я хочу засмеялся в голос, но смех застревает в моём горле, стоит ей добавить…

— Ах, да. Ещё и бесплодных, к тому же!

Сердце пропускает удар. Откуда она знает, что я, можно сказать, была всё это время бесплодна?

Мы никогда до этого не были знакомы. У меня нет подруг. Я не рассказывала маме, чтобы не расстраивать себя ещё больше, что не могу подарить не только сына мужу, но и внука ей. Просто делала вид, что ещё только думаю над беременностью.

— Знаешь, он много раз жаловался на то, как же ты достала его. — Анжела пользуется моим молчанием, — Пожирнела, словно одним салом питаешься. Стала страшная, не красишься, носишь серое тряпьё и вместо нормальной причёски растрёпанную гульку. Мина кислая, никуда не ходишь. Не ласкаешь его. И при этом ещё и родить не можешь. Даже с ЭКО! Какое же убожество.

Ответ на мой только появившийся вопрос моментально находится. И всё то, что за четыре дня во мне пыталось улежаться, вырывается с новой силой.

Сердце не просто покалывает, его сдавливает железной хваткой, выбирая весь дух из груди. А Анжела продолжает.

— Он столько денег в тебя влил. Все анализы, лечение. Процедуры, таблетки, ещё и ещё. Первое ЭКО. Второе. Третье. Потом Мальдивы. Потом четвёртое. Все твои капризы. Все твои скандалы из-за того, что не получается. Хотя это ты пустоцвет, а не он! И стрёмная, холодная баба. Достала его!

Она знает всё. Марат ей рассказал каждую деталь нашей жизни.

И уже не важно, что сейчас я всё-таки беременна.