Книга Разлучница между нами, страница 4 – Оксана Барских

В этот момент Кеша кидается на Антона и следом раздается звук удара его кулака о челюсти мужа. Последний не сопротивляется, но пропускает лишь первый удар.

— Достаточно, Иннокентий. Выпустил пар? А теперь отойди, мне нужно поговорить с женой.

Я прикрываю глаза. Зря он это сказал. Кеша, сколько я его помню, всегда был вспыльчивым. Достаточно поднести спичку, и из его гнева разгорается неиссякаемый пожар.

Он снова замахивается, но Антон отвечает, и между ними завязывается драка с мордобоем и рычанием. Они толкают и тягают друг друга по всему залу, отчего женщины начинают визжать, а мужики пытаются их разнять, но все их попытки тщетны.

— Кто-нибудь, сделайте что-нибудь! – кричит в панике Евгения Петровна, моя свекровь, и подбегает ко мне. – Что ты стоишь и молчишь, Дина? Твой брат сейчас убьет моего сына!

— А что я сделаю? – флегматично спрашиваю я вслух, но ее ответ меня мало интересует.

Чувство, словно из меня вынули ядро жизни. Даже мой голос звучит мертвым и безжизненным.

— Фаина! Разними их! Это ведь всё из-за тебя! – обращается Евгения Петровна уже к другой невестке, но та прислоняется к стене и обмахивает лицо ладонью.

Судя по красному лицу и бессмысленному взгляду, ей плохо.

— Мам? Что тут происходит?

В зал входит Семен, старший и единственный сын Фаины.

— Сынок, – шепчет она синюшными губами, – отведи меня наверх, что-то мне плохо.

Она мало обращает внимания на драку и на окружающих, полностью сосредоточена на себе.

— Господи, у Фаины же давление. Что ты стоишь, как идиотка, Дина? – гневно кричит на меня свекровь. – Быстрее неси тонометр, а ты, Семен, вызывай скорую!

Несмотря на ее крики, никто ее не слышит. Все заняты продолжающейся дракой.

— Как давно вы спите? Год? Два? Или ты легла под моего мужа лишь после смерти своего? – задаю я вопрос Фаине.

Раньше я бы кинулась ей помогать, как сердобольная родственница, но сейчас во мне нет ни жалости, ни сострадания.

— О чем вы говорите, тетя Дина? Маме плохо, вы в своем уме?

В этот момент я слышу, как раздается треск стекла, после что-то ударяется о пол, и по звукам я понимаю, что это ваза. Та самая, которую Фаина подарила мне на прошлый день рождения.

Воцаряется тишина, и все, наконец, слышат, как пытается докричаться до них Семен.

Кто-то вызывает скорую, кто-то бежит наверх за тонометром, а я никак не могу оторвать взгляд от разлучницы, которая разрушила мою жизнь.

Фаина поднимает свой взгляд, чувствуя мое внимание, и видит, что я равнодушна к ее состоянию.

— Ты жестока, Дина, как же ты жестока, – шепчет Фаина и начинает беззвучно плакать. Ее глаза лани смотрят на меня с укором, и все, абсолютно все подбегают к ней, заставляют сесть на стул и помогают ей, словно забыв, что она сделала с моей семьей. Со мной.

Единственная, кто остается рядом, это Маша.

Она обнимает меня за плечи и прижимается ближе, словно хочет, чтобы я знала, что она рядом. Всегда готова мне помочь и поддержать.

Вокруг суета, но я ничего не слышу.

Смотрю на то, как Антон подбегает к Фаине и садится перед ней на колени, целует руки и смотрит на нее снизу вверх таким взглядом, которым никогда не смотрел на меня. Ни разу за двадцать лет брака.

А затем его слова к ней навсегда разбивают мое чернеющее сердце.

— Всё будет хорошо, любовь моя. Больше я не позволю никому тебя обидеть.