Книга Разлучница между нами, страница 60 – Оксана Барских

— Вы одна? – вдруг спрашивает Герасим и смотрит мне за спину.

— Нет, а в чем дело?

Я же настороженно замираю и кладу руку на косяк двери, перекрывая ему вход. Впрочем, он не делает попытки войти, а я запоздало осознаю, что вздумай он пройти внутрь, я не представляла бы для него значимой преграды. Он бы мог просто поднять меня вверх и запросто отодвинуть в сторону, даже не приложив к этому особых усилий.

Но он не проявляет никаких признаков агрессии или недовольства, что я уговариваю себя не злиться и отвечать спокойно. Он ведь не виноват в том, что стал свидетелем моего позора на той лестничной площадке, когда я, бывшая жена, пришла чинить разборки с новой женой.

Наверняка так всё и выглядело в его глазах, и мне даже кажется сейчас, что на его лице я читаю снисхождение. Моргаю и наваждение спадает. Передо мной снова невозмутимое лицо.

— Я начальник полиции, Дина. Неужели вы меня боитесь?

Герасим наклоняет голову набок и смотрит на меня с интересом, но в его позе и тоне нет враждебности.

— Странный вопрос в такой поздний час, не находите? – парирую я и прищуриваюсь. – Что вам нужно? Вы ведь не по служебному долгу приехали, верно?

— В проницательности вам не откажешь. Не буду томить, я пришел стребовать с вас долг.

— Какой еще долг?

Я так удивлена, что даже руку с косяка убираю и вся подаюсь вперед.

— Моральная компенсация за причиненный мне ущерб, Дина. Не будете же вы отрицать, что вы спровоцировали драку, чтобы отвлечь внимание своего бывшего мужа. Или будете? Так будет даже интереснее, может даже проехать в допросную, у меня много времени.

— А вот у меня нет! Что за бред вы несете? Какой еще ущерб? Лечение? Скажите, сколько, я всё оплачу. И вообще, могли бы написать, я бы и так вам перевела деньги!

Я не сдерживаюсь в выражениях, так как он говорит абсурдные вещи, а я слишком взвинчена, чтобы входить в его положение.

— Деньги мне не нужны, – невозмутимо говорит Герасим и вдруг делает шаг вперед. Слишком резко, отчего я отскакиваю и упираюсь спиной в дверь.

Судорожно ищу рукой дверную ручку сзади, но из-за испуга ничего не получается.

— Тогда ч-что в-вам нужно? – заикаясь, спрашиваю я и задерживаю дыхание.

Приходит запоздалая мысль, что я никому не сообщила о его приходе, и мы находимся здесь одни, не считая спящей на диване Светы.

По юности из-за скромного характера я не особо пользовалась спросом у мужского пола, а когда вышла замуж за Антона, и вовсе стала для них невидимкой. Так что интерес Герасима воспринимаю ничем иным, как угрозой.

— Что вы молчите? – сердито переспрашиваю, так и не добившись от него ответа на свой предыдущий вопрос.

Гнев помогает мне взять себя в руки и перестать трястись, и я напоминаю себе, что передо мной стоит не какой-то преступник, а начальник полиции и к тому же друг моего старшего брата. Так что он в курсе, что меня есть кому защитить.

— Я уже сказал, для чего пришел. Но если бы вы читали сообщения, то и приходить бы мне сейчас не пришлось.

Он наклоняет голову набок и рассматривает своим темным взглядом, испытывая мои нервы на прочность. Я же кидаю взгляд себе за спину, выискивая телефон, который, как оказалось, лежит на тумбочке у камина, и едва не чертыхаюсь, что поставила его на беззвучный.

Будь он рядом, я бы схватила его и прочла, что написано в сообщении Герасима, но не хочу отходить от двери слишком далеко.