Книга Месть бывшему. Мы теперь с тобой соседи, страница 27 – Оксана Барских

— Протокольная?

— Ну он опер, в ментовке работает. Сама понимаешь, профессия накладывает свой отпечаток. Так сказать, обезображивает лицо.

Она хмыкает, но я вижу, что братом гордится.

— Ты о нем мне никогда не рассказывала.

— Да он не любит, когда о нем треплются. Вангую, сегодня позвонит, спросит, отчего у него уши горят. Чуйка у него, что ли.

— Так если он не любит к себе внимания, да еще и такой серьезной профессии, с чего ты взяла, что согласится сыграть роль донжуана-любовника для Иры?

У Светы вытягивается лицо и выражение становится таким обескураженным, что мне на секунду кажется, что я ляпнула что-то не то.

— Что-то не так? — спрашиваю я осторожно, гадая, что её настолько удивило, что она даже речи потеряла.

— Ира не в его вкусе. Родион не станет ввязываться в такое сомнительное мероприятие, как притворяться любовником замужней женщины, тем более, когда она ему даже не нравится.

— Тогда как он мне поможет? Придет со своей пушкой и напугает Виктора? — скептически спрашиваю я подругу и выгибаю бровь. Сомневаюсь, что подобный выпад на бывшего мужа подействует. Он не из пугливых, так что даже пытаться думать в эту сторону не стоит.

— Конечно, нет, — фыркает Света. — Даже если я заикнусь о таком, Родион быстро объяснит мне, что это противозаконно.

— Тогда что ты имела в виду?

— Он может сыграть твоего мужчину, чтобы Виктор поостерегся доставать тебя и осыпать неприличными предложениями, от которых дурно попахивает.

В этот момент я делаю глоток воды из бутылки и почти тут же выплевываю всё на землю. Даже прокашливаюсь, бью себя по грудной клетке и во все глаза смотрю на подругу.

— С чего вдруг такая идея вообще пришла тебе в голову, Света? Мне новый мужик вообще не нужен. Да и с чего ты взяла, что для Иры он откажется сыграть заинтересованного мужчину, а для меня согласится?

— Ты в его вкусе.

Подруга пожимает плечами, а я смотрю на нее с сомнением, раздумывая, не перегрелась ли она на солнце.

— А ты откуда знаешь о его вкусах?

— Я показывала ему твои фотки, ты ему понравилась, — как ни в чем не бывало произносит Света и отводит взгляд. А я, наоборот, резко подаюсь вперед, чтобы оказаться напротив нее и заглянуть в лицо.

— А зачем ты показывала ему мои снимки? — прищурившись, вкрадчиво спрашиваю я у Светы, пытаясь поймать ее взгляд, но она ловкая и смотрит куда угодно, только не на меня.

— Ну он холостой, ты незамужняя, к тому же, моя подруга. Чего бы не показать?

Наконец она смотрит на меня, но уже берет свои мысли в узду, и я по ее взгляду не понимаю, о чем она сейчас думает. Тем более, что выглядит она настолько невозмутимо, что мне, вроде бы, и возразить нечего, хотя внутри всё бурлит от негодования, что она поступила так опрометчиво, без моего на то согласия.

— И как это связано? Я вообще-то недавно родила. Ни одному мужику чужой ребенок не нужен, — фыркаю я, а затем ловлю на себе ее победный взгляд.

— А вот и нет, ты ошибаешься. Настоящему мужику женщина либо нравится, либо нет. Другого не дано. А Родион — мужик, каких еще поискать надо.

— А когда это ты ему мои фотографии показывала? — интересуюсь, даже не понимая, зачем.

— Так на прошлой неделе.

Откровенничать она не желает. Каждое слово приходится из нее буквально выбивать, но у меня нет сейчас ни времени, ни желания, ни сил встряхивать ее и требовать ответы на свои вопросы.