Книга Месть бывшему. Мы теперь с тобой соседи, страница 41 – Оксана Барских

— Мы с Анютой всегда скучаем по маме, — ухмыляется Родион, берет мою руку и целует в ладонь. Смотрит при этом мне в глаза, не отрываясь, а я краснею от этого интимного жеста.

Сердце мое колотится, как сумасшедшее, я не знаю, что сказать, куда деть руки, что делать, но Родион меня в очередной раз спасает. Знает, когда стоит дать задний ход, чтобы не вгонять меня в краску.

— Меня на выходных коллеги на базу отдыха позвали. Там все семейные, с детьми будут. Я обычно пропускал такие выездные мероприятия, холостяк же, а тут подумал, может, втроем поедем?

Вопрос не то чтобы застает меня врасплох, но я удивленно смотрю на него, наконец, и как-то глупо хлопаю глазами.

— Втроем? — переспрашиваю, а голос звучит глухо и, как мне кажется, по-идиотски.

— Ты. Я. Анютка.

Дочка откликается, услышав свое имя, и смотрит вопросительно на Родиона. Он поглаживает ее по голове, а вот у меня в горле возникает ком. Не горький, а скорее… Даже самой себе этого объяснить не могу. Просто плакать хочется, видимо, гормоны шалят.

— Я… Д-да… Думаю, да. Мы могли бы…

Отвечаю невпопад, но замечаю, как расслабляется после моего согласия Родион.

— Познакомлю тебя со своими друзьями. Они тебе понравятся, — заверяет меня он, а вот я думаю о другом. Понравлюсь ли им я. Но его это совершенно не волнует, и у меня крылья за спиной от этого вырастают.

Никогда еще не чувствовала себя настолько значимой в жизни мужчины. Мы не в браке, а я уже более уверена в себе, чем когда была замужем за Виктором.

Родион подвозит меня не к подъезду, а оставляет в соседнем дворе, как я прошу, но при этом провожает, а затем смотрит, чтобы я с коляской дошла до подъезда целой и невредимой. И я знаю, что он не уйдет, пока я не запишу голосовое, что я уже дома и всё хорошо.

Только отправляю ему сообщение, когда заношу Анюту в дом, хочу уже закрыть дверь на щеколду, как ее вдруг хватают с другой стороны. По коже проходит холодок, но когда в проеме появляется Виктор, меня накрывает облегчением.

— Ты зачем так пугаешь? Хоть бы голос подал, я такого страху натерпелась! — накидываюсь на него сразу же, выплескивая агрессию, которая в последнее время часто появляется, если я пугаюсь.

— Где ты была? — хмуро спрашивает он меня вместо того, чтобы ответить.

И это настолько разительный контраст с Родионом, что я задумываюсь вдруг, как могла когда-то влюбиться в Виктора и даже выйти за него замуж. Он же сплошной ред флаг, это еще до брака было понятно.

Ответ прост.

Я смотрела на него через розовые очки и верила, что вот со мной он изменится. Вранье и профанация. Ничего не изменится. Человек такой, какой есть, и некоторые вещи никогда не меняются.

— С ребенком гуляла, — настороженно отвечаю я, глядя на хмурое лицо Виктора.

— Так поздно? — прищуривается он, входит внутрь и захлопывает дверь.

— Тише ты. Аня спит, разбудишь ребенка, — шикаю я на него, разуваюсь и беру дочку на руки. Ничего ему не отвечаю, а сбегаю в спальню, чтобы раздеть ребенка.

Это дает мне передышку, но внутри неприятное сосущее ощущение. Чувствую на себе жесткий взгляд Виктора, а когда наконец укладываю дочь в ее кроватку, ощущаю его ладони на своих бедрах.

— Что ты делаешь? — выдыхаю я.

Всё это время он не приставал ко мне, и я надеялась, что и не станет.