Книга (Не) Единственная, страница 71 – Алена Московская

— Нашли, — почти обрадовалась я.

Катя фыркнула, подбирая плёнку, чтобы всё упаковать.

— Ну, Костя, — пробормотала она. — Вот же скотина.

— Даже не начинай, — бросила я, не отрываясь от дела.

Когда мы наконец перевезли всё в новое помещение, я едва стояла на ногах.

Пространство было небольшим, но чистым и уютным.

Грузчики помогли расставить основные установки, а дальше мы с Катей взялись за дело сами.

Каждое кресло, каждый стол, каждый инструмент я расставляла с особым чувством.

Я восстанавливала не просто клинику — я восстанавливала себя.

Это факт. Конструктора сердца нет, попробуем так.

Когда всё наконец было готово, я присела на одно из кресел, глядя на помещение.

Оно выглядело скромнее, чем то, что было раньше, но это было моё. Правда мое. Без помощи мужа или его друзей.

— Ну что, Наташа, новое начало? — спросила Катя, опустившись рядом.

Я посмотрела на неё, чувствуя, как внутри что-то теплеет.

— Да, однозначно.

На мгновение меня накрыло чувство счастья.

Необычное, непривычное, но настоящее.

Я знала, что впереди ещё много работы, но это было начало. Начало того, что я буду строить с нуля, но уже так, как хочу я.

— Проклинаем Костю? — Катька подала мне мизинец, в качестве какого-то своеобразного ритуала.

— Проклинаем, — рассмеялась я, чувствуя, как напряжение начинает отпускать.

Мы смеялись, а я впервые за долгое время чувствовала лёгкость.

Эта клиника — моё дело, моя жизнь.

И никто больше не отнимет у меня ни одного её кусочка.

Я разрешила себе быть сильной и я ей буду.

Наши дни. Вечеринка.

Наталья

Я стояла у панорамного окна на террасе, пытаясь найти хоть какое-то спокойствие в ночной темноте за стеклом.

Ничего.

Густые деревья сада казались непроницаемыми.

Внутри этого абсурдного дома всё было слишком: слишком ярко, слишком громко, слишком фальшиво.

Я пыталась найти своё место, но даже воздух здесь казался чужим.

Негромкие шаги за спиной заставили меня вздрогнуть.

Рука, тёплая и уверенная, скользнула по моему открытому плечу.

Я не обернулась сразу, интуитивно угадывая, кто это.

Выбор не большой. У меня браслет белый.

— Это место тебе не идёт, — тихо произнёс знакомый голос.

Я повернулась, и мои догадки подтвердились.

Передо мной стоял Александр Александрович.

Он в своей манере, сохранял ту едва уловимую насмешку, которая всегда меня раздражала.

— А вам, значит, идёт? — бросила я, стараясь не выдать своей растерянности.

А я в растерянности. Стоит тут и трогает меня еще. Сам же сказал, что все уже.

— Не больше, чем тебе, — ответил он, уголки его губ дрогнули, но до улыбки дело не дошло.

А когда это мы на ты перешли?

Ах да, наташ, может быть тогда, когда он твоего мужа избил. Может быть. Скорее всего... Так и есть.

Я оглядела его с ног до головы.

Как всегда безупречный костюм, идеально подобранный галстук.

Но что он делает здесь?

Это место было последним, где я ожидала его увидеть.

— Почему вы здесь? — спросила я, глядя ему в глаза.

Он чуть приподнял бровь, словно удивляясь, что вопрос вообще возник.

— Потому что я могу быть там, где хочу, — сказал он, его голос звучал спокойно, но с ноткой высокомерия, от которой я снова почувствовала раздражение.

Мудак он такой. Вроде и вежливый, но все равно.

— А с телефоном? — продолжила я, пытаясь сохранить холодный тон.