Книга Ты будешь моей и точка, страница 27 – Наталья Одинцова

Проснувшись и завидев меня, он широко улыбается и произносит:

— Люби-и-имая...

Но я будто его не слышу. Глаза наполняются слезами, пытаюсь их смахнуть, но они текут одна за другой. Он замечает это.

— Лер, ты чего? — нахмурившись произносит он, – Кто тебя обидел? — он поднимается и присаживается на постель и обернувшись, замечает голую Юлю.

Она проснувшись, только и произносит охрипшим голосом:

— Люби-и-имый, спасибо за ночь.

— Подонок. Как ты мог?— срываюсь на плачь, не в силах больше держаться.

Разворачиваюсь и мчусь обратно в спальню, чтобы одеться и исчезнуть отсюда.

— Лера, постой. Ты куда? Стой, Лера! У нас ничего не было. — раздаётся позади меня голос Кости.

Отмахиваюсь от его рук, не давая прикоснуться.

Как он мог? Как мог прикасаться к этой дряни, которую я ненавижу?

Хотя какая теперь разница? Он провёл с ней ночь, а не со мной. Господи, как тошнит от мысли, что я была с Ромой. Как вообще теперь от всего тошнит.

Собравшись, плетусь на кухню, привожу лицо в порядок, вызываю такси. Костя бегает за мной по пятам и пытается поговорить, но я его не слушаю.

— Лер, я клянусь, не было у меня с ней ничего. Выслушай меня.

— Ты считаешь, мои глаза меня обманывают? И я видела не то, что я видела?

— Я не знаю, что ты видела, но я определено не делал того, о чём ты подумала. Я не был близок с ней. Ты же помнишь, что было ночью?

— Помню. — встряхнув головой отвечаю я, – Конечно, помню. У меня был...секс с самым противным человеком на свете. Фу...я даже вспоминать не хочу. — отмахиваюсь и быстро хватаю телефон со стола.

Такси прибыло, и я выбегаю из дома довольно быстро, чтобы поскорее избавиться от этих мерзких воспоминаний о ночи, которую я хотела запомнить на всю жизнь.

Костя весь путь до дома пытался меня догнать и остановить, чтобы поговорить. Но я натравила на него охрану, и его просто не пустили дальше ворот.

Залетаю в дом и сломя голову несусь в свою спальню. Запираюсь на замок, срываю с себя всю одежду и залезаю в душ и уже там под струями воды, тихо сползаю по стенке кабинки вниз, хватаюсь за голову и срываюсь на крик:

— За что-о-о-о?

Я в полном отчаянии. Рыдаю в голос, в попытке избавиться от боли. Бью кулаками по стеклянной двери, в надежде, что она всё-таки разобьётся и я поранюсь. Или просто сломаю её.

Вскоре наревевшись вдоволь, выхожу из душа, надеваю на себя пушистый, махровый халат и наматываю на голову полотенце. А затем поднимаю взгляд на зеркало в моей ванной комнате.

— Дура...— только и произношу я и, взяв флакон любимых духов, швыряю его в зеркало, и оно разбивается на мелкие-мелкие осколки.

Выходные прошли незаметно. В универ не было желания идти. Но с моими родителями не забалуешь. Поэтому с утра, максимально замаскировавшись, еду туда на автобусе, чтобы Костя меня не узнал.

Только стоит подойти к зданию, как Костя перехватывает меня и отводит в сторону:

— Куда ты пропала?

— Подальше от тебя. — заявляю очень холодно.

На нём нет лица, бледный, осунувшийся, глаза красные.

Едва слышно он произносит:

— Лер, Лерочка, я люблю тебя. — смотрит в мои глаза, по его щекам пробегают слёзы. Опускает взгляд, переминаясь с ноги на ногу, а затем вновь смотрит мне в глаза,– Я клянусь, я не изменял тебе.

— Ты ещё смеешь оправдываться? Я всё видела. — немного помедлив, добавляю,– Мы расстаёмся!