Книга Ты будешь моей и точка, страница 8 – Наталья Одинцова

Мы сидим в тишине. По его лицу стекают ручейки от внезапно обрушившегося на нас дождя. Мои волосы настолько мокрые, что облепили щёки. Костя, заметив это, осторожно убирает волосы с моего лица.

— Я обожаю дождь. А ты? — прерывает первым тишину.

— Я тоже его люблю. Но ещё больше люблю под дождём гулять. — смотрю ему в глаза и замечаю, как он опускает взгляд на мои губы.

— Можно тебя поцеловать? — и этим вопросом вводит меня в ступор. Я заливаюсь краской. Меня ещё никогда не спрашивали о поцелуе. Меня сразу целовали. И этот поцелуй, мой первый поцелуй, был грубый. А потом инициатор поцелуя меня жестоко разыграл. И теперь меня удивляет, что Костя, в отличие от предыдущего недопарня, спрашивает о поцелуе на полном серьёзе.

— А нужно спрашивать? Разве парни о таком спрашивают? — тихо уточняю я, глядя прямо ему в глаза.

— Конечно, нужно. А вдруг девушка не хочет. А я здесь...

Не даю ему договорить и, не сводя глаз с его губ, почти шёпотом произношу:

— А девушка хочет.

И в этот момент он наклоняется к моим губам и нежно-нежно касается их. Его губы такие мягкие и тёплые. Но потом он вдруг замирает. Словно боится меня спугнуть. Но я понимаю, что хочу этого поцелуя с ним всё сильнее. И отвечаю ему на поцелуй, обвивая его шею рукой.

Он не торопится. Он продолжает нежно целовать, прикусывая нижнюю губу и оттягивая её. И я просто улетаю куда-то высоко от этого поцелуя.

Я не знала, что поцелуй может быть настолько нежным и сладким.

Когда мои губы уже распухли от поцелуя, Костя отстранился и, упираясь в мой лоб своим, тихо сказал:

— Нам пора. Я не хочу, чтобы ты простыла и заболела. Как я тогда буду с тобой видеться?

Я расплываюсь в улыбке от этих слов. Сколько в них заботы.

— Поехали на маршрутке?

— Поехали.

Мы встаём с лавочки, и к нам приближается автобус. Мы быстро заскакиваем в него. Немного порывшись в рюкзаке, понимаю, что забыла дома деньги.

Он окидывает меня взглядом и задаёт вопрос нахмурившись.

— Что-то случилось?

— Может, пешком? Я дома деньги забыла.

— Ну это не беда. — он берёт и заплатить за меня проезд. — Не переживай из-за таких пустяков.

— Мне неудобно. Ты же живёшь в общежитии.

— Ну и что? Это не значит, что я должен на тебе экономить. И не должен помогать. — он подходит ближе и обнимает меня одной рукой за плечи. – Лер, успокойся. Всё хорошо.

Я прижимаюсь к нему сильнее, обняв его за талию.

Всю дорогу мы ехали, обнявшись.

Выйдя из автобуса, он провожает меня до ворот моего дома и предлагает обменяться номерами.

— А теперь бегом домой, переодеться, принять ванную и пить горячий чай с лимоном и медом.

Щёлкает меня по носу, нежно целует на прощание, и я убегаю, помахав ему рукой напоследок.

Скрывшись за воротами, быстро залетаю домой. Мама замечает меня и впадает в шок.

— Лера, дочка, ты где была? Ты же вся мокрая и дрожишь. Бегом в ванную, а пока приготовлю тебе всё необходимое, чтобы ты согрелась и не заболела.

Киваю ей и мчусь в ванную.

Быстро искупавшись, выхожу из ванной, наглухо закутавшись в белый, махровый халат.

И пока я жду чай, на телефон поступает звонок от Кости.

Взяв трубку, я отвечаю ему:

— Прости, я не смогу поболтать. Я очень хочу спать. Поэтому добрых снов.

— Пусть тебе приснюсь я. — слышу, как он хихикает в трубку.

— А тебе я.