Книга Снежинка для доктора. Исцеление любовью, страница 66 – Наталья Одинцова

— Фридрих...ах... что ты... делаешь со мной? — с трудом выдавливаю я. Возбуждение нарастает. Упираюсь ладошками в стенку душевой кабинки, моё дыхание учащается. А он продолжает натирать мой клитор ещё быстрее. Я чувствую приближение оргазма, и в эту секунду он убирает руку с моей груди, оттопыривает мою попу, раздвинув мои ноги и обхватив свой член рукой вновь входит в меня, заполняя собой. И начинает быстро толкаться в меня. Шлёпки наших тел и стоны заглушает включённая вода, которая орошает наши тела. Через мгновение я вскрикиваю и разлетаюсь на частицы от нахлынувшего оргазма. Он резко выходит из меня и кончает мне на попу. Какое-то время мы так и стоим под душем, закрыв глаза и обняв друг друга.

Этот мужчина не может не возбуждать. Я поняла это ещё при первой встрече.

После душа, он надевает на меня свою белоснежную рубашку и, накинув на бедра полотенце, за руку ведёт меня на кухню, чтобы наконец-таки покормить.

— Надеюсь к вечеру моё платье высохнет, которое сейчас стирается. — спрашиваю его и отпиваю чай из кружки.

— Сладкая моя, не знаю растроишься ты или нет. Но с той минуты, как ты переступила порог моей квартиры вчерашним вечером, ты официально становишься частью моей жизни.

От этих слов давлюсь чаем и закашливаюсь. Он постукивает по моей спине ладонью. И когда я прихожу в себя, переспрашиваю его:

— Что это значит?

— Сегодня вечером узнаешь. Я приготовил для тебя сюрприз. Пора его показать.

Света

Весь вечер я теряюсь в догадках — что за сюрприз придумал Фридрих?? Нет, можно, конечно гадать бесконечно. Но так я себя изведу. Не хочу портить нервы. Поэтому заедаю всё шоколадкой, которую нашла в его холодильнике.

Но спустя время, проходя мимо кухни в ванную на цыпочках, слышу, как он на кухне за закрытой дверью, разговаривает с кем-то по телефону и ругается отборным матом. Похоже, сюрприз сорвался, делаю я вывод из разговора, подслушанного под дверью.

И, как назло, забываю, что дверь стеклянная, и меня могут заметить, даже в темноте, потому что слышу в ту же секунду его кашель.

— Светлана Михайловна, вас не учили, что подслушивать нехорошо?

Чёрт. Резко отскакиваю от двери назад себя и сшибаю что-то с рядом стоящей тумбочки. Вижу по тени, что Фридрих приближается к двери, и пытаюсь скрыться в ванной. Но не успеваю. Не заметив в темноте приоткрытую дверь в ванную, вшибаюсь в неё лбом, да так громко, что отшатываюсь к тумбочке обратно и хвастаюсь за лоб.

— А-а-а-ай-й-й. Чтоб тебя, чёртова дверь.

Из-за моих криков он ускоряется и, раскрыв дверь смотрит на меня, округлив глаза.

— Света, ты чего шумишь? Что стряслось? — удивлённо спрашивает.

Он подскакивает и, схватив руками моё лицо, осматривает на предмет повреждения.

А у меня до сих пор искры из глаз сыплются вместе со слезами.

— Вот это шишка. Света-Света...вот что значит подслушивать и удирать не умеючи.

Хватает меня за руку и ведёт на кухню, как нашкодившего ребёнка и, усадив на кухонный диванчик, подходит к морозильной камере и начинает там рыться.

— Приложи это, пока синяк не появился. — разворачивается и направляется в ванную.

Сижу с упаковкой пельменей на лбу и думаю, чего мне спокойно в туалет не ходилось? Зачем я полезла под дверь? Сидела бы сейчас, кино смотрела интересное. А саму так любопытство и раздирает, что он такое хотел мне показать, и оно теперь сорвалось?