Книга Слава против измены, страница 12 – Саша Девятова

— А что с Соней?

— Дома расскажу, — приткнув детский транспорт под лестницей, отозвалась подруга, — пойдём, нам на третий этаж.

Лифта здесь не было, мы медленно поднимались по лестнице. Маша несла на руках дочку, я поднимала чемодан, каждая думала о своём. Моя слаженная картина мира, в которой я жила последнее время благодаря мужу, медленно трескалась и рассыпалась на осколки. Я думала, что я такая бедная и несчастная, сбегаю от изменника, который посмел променять меня на другую женщину. Думала, что я сейчас запросто перекантуюсь у Маши, найду жильё и буду устраивать новую жизнь. Думала, что мир благосклонный и радужный, как выглядел всегда из кожаного салона кроссовера Сержа. Но, только выпорхнув из своей золотой клетки, я сразу увидела то, что заставляло внутри сжиматься в комок от несправедливости. Не так я хотела начинать свой чистый лист, не так.

Войдя в квартиру, я увидела бедность: грустную, тоскливую и безысходную. Здесь было чисто, стояла вся необходимая мебель, на полках книги, на полу ковёр, на стенах обои. Всё есть, но также есть ощущение, что если всё это выбросить, квартира вздохнёт с облегчением.

Мне сразу вспомнился отчий дом в Горловке и мать, смотрящая на меня с укором:

— Слава, я всю жизнь горбатилась, чтобы всё это купить, а ты предлагаешь выбросить, потому что немодно? У себя будешь порядки наводить, а мой дом не трогай.

Она тогда так и не разрешила помочь с ремонтом, как я предлагала. Сразу после замужества я часто ездила в родную деревню, но с каждой поездкой понимала, что всё сильнее отдаляюсь от родных. Мама принимала, улыбалась, но я чувствовала, что она будто мне завидует, хотя вслух никогда этого не высказывала.

Все мои новости, о которых я рассказывала, приезжая в гости, воспринимались всегда снисходительно. Она будто с высоты своих прожитых лет оценивала мой короткий полёт и, не увидев, как я приземляюсь, сразу ставила на мне крест. Сначала мне хотелось как-то доказать, что я достойна хотя бы похвалы в свою сторону, потом я пыталась купить её расположение, заваливая дорогими подарками, но пропасть между нами росла очень быстро.

В конце концов, я плюнула, смирилась и лишь по праздникам ненадолго приезжала проведать родителей вместе с мужем. Серж всегда спешил, долго засиживаться времени не было, а мне так было даже лучше. Подарок на входе, быстрый чай с привезёнными с собой сладостями и скорое прощание, потому что пора.

Сейчас стоя в коридоре небольшой двухкомнатной квартиры Машки, я чувствовала себя так же, как и в доме у родителей: хотелось сделать пару глотков из кружки с ярлычком чайного пакетика на нитке, сказать "пока" и быстрее вернуться в свою уже привычную жизнь с каменной столешницей на кухне, с корзиной всегда свежих фруктов и исполнением любого желания без видимых усилий.

Но я здесь.

— Тебе помочь? — спросила я подругу, видя, как та раздевает дочь, положив её на разложенный диван в большой комнате.

— Поставь чайник, и проверь воду в фильтре, если нет — налей, — Маша говорила чётко и быстро, будто привыкла раздавать такие указания.

Меня это немного удивило, приходя в гости, ожидаешь немного другого приёма, но я не в гости, напомнила я сама себе. Войдя в тесную кухню, которая была даже меньше ванной в квартире мужа, я отыскала глазами чайник, налила туда воды и поставила на газ. На столе рядом с плитой увидела кувшин с фильтром для воды и наполнила его тоже. Присела рядом на табуретку и стала ждать. Машка всё не шла.